Охота на принцессу

Я уверенна, он скоро вернется. Кончатся деньги или наскучит очередная кокетка.

Закрыв дверь перед носом парня, я прислонилась к ней спиной и тихо сползла на пол, чувствуя, как по щекам текут злые слезы.

— Эй, приятель, ты бы поаккуратнее со своей дубинкой, парень и так еле дышит, — бросил одному из стражников прислонившийся к каменной стене Макс.

Поигрывая спичкой во рту, он демонстративно отбросил в сторону кирку и скрестил руки на груди, всем своим видом давая понять, что работать дальше не собирается.

Другие пленники оглядывались на Волконского, но слепо следовать его примеру не решались. Стражники не раз угрожали использовать оружия, и никто не сомневался, что случись бунт, в живых останутся не все. Риск тут, дело не благородное.

— Давно по роже не получал, сосунок? — оскалился то самый стражник, к которому обращался мех, — ну так я быстро это исправлю.

Оставив сидевшего на полу парня в покое, мужчина поднял руку с зажатой в ней резиновой палкой, и бросился на Максима. Тот чудом успел увернуться прежде, чем получил сильнейший удар по голове. Стражник громко зарычал, и с перекошенным от злости лицом, отбросил в сторону свой инструмент наказания и накинулся на Волконского.

Завязалась нешуточная драка.

Другие надзиратели решили не вмешиваться. Они стояли рядом и подначивали своего приятеля, а уже за ними, свой круг образовали пленники, что с кислыми лицами следили как одного из них нещадно избивают.

Если вначале Макс давал сдачи и даже сам пару раз зацепил металлическим кулаком плечо и бок стражника, то уже через некоторое время он ушел в глухую оборону, даже не пытаясь пользоваться удачными моментами, которые нет-нет да и выпадали на его долю.

— Хорош, Джим, — гаркнул старший по званию надзиратель, заметив, что мех уже не сопротивляется, а лежит на земле с закрытыми глазами. Его лицо было не узнать: губы разбиты, из носа хлещет кровь, на скуле ссадина, под глазами наливаются лиловые синяки. Еще немного и загнется с концами.

Мужчина приказал двум своим подчиненным оттащить тело в барак и возвращаться, а Джо с Арманом, стоя в отдалении, провожали Волконского сочувственными взглядами.

Темнота в бараке давно превратилась для заключенных в лучшего друга. Она приносила с собой прохладу, которой так недоставало в душных шахтах. Она скрывала их от дежурящих снаружи стражников. Она давала видимость уединения, личного пространства. А еще, в ней было удобно делиться секретами и… планировать побег.

— Макс, ты как? Получилось? — склонившись над лежащим на животе мехом, Джо осторожно коснулся его плеча.

Остальные пленники уже спали, стража покинула барак, погасив газовые лампы внутри, и настало то самое время, когда необходимо было делать ноги.