Охота на некромантку. Жена с того света (СИ)

— О чем это? — насторожился мужчина.

— Например, о генах, передающихся по наследству от отца к дочери, — мило улыбнулась я.

Не знаю, как много мясник понял из моих слов, но намек он уловил верно. Резко побледнев, он открыл передо мной дверь лавки, предлагая войти. Так я и сделала, а внутри прошла к прилавку с птицей и ткнула пальцем в одну из тушек:

— Заверните мне эту.

— Чем платить будете? — мрачно поинтересовался мясник. Похоже, в городе знают, что у Уиллисов проблема с деньгами.

— Ничем, — не скрывала я. — Ваша оплата – чувство глубокого внутреннего удовлетворения от помощи дочери.

— У тебя нет доказательств, — буркнул мясник, не поднимая голоса.

Боится скандала и огласки. И это лучшее доказательство для меня.

— Они и не нужны. Любой, у кого есть глаза, все поймет, стоит вас поставить рядом с девочкой и указать на очевидное, — ответила я.

— Дорогой, все в порядке? — в лавку из подсобки заглянула женщина.

Ага, мясник еще и женат. Ясно, чего он так переживает.

— Все хорошо, — засуетился он и повернулся ко мне: — Какую тушку вы выбрали?

— Вот эту, — я снова ткнула пальцем в прилавок.

Домой я вернулась с курицей и послушными близнецами. Интересно, кто отцы других детей? Наверняка они тоже из города. Если найти всех, можно неплохо устроиться.

Остаток дня ушел на домашние дела. Мне не терпелось скорее испробовать порошок старьевщика в действии, но я понимала, что смогу это сделать только ночью, когда останусь одна на чердаке. А до тех пор надо потерпеть.

В итоге я занялась ужином, раз уж я сегодня на хозяйстве. Мало добыть курицу, надо ее еще приготовить. Я не любитель кухни, но курицу разделывала с энтузиазмом. Все потому, что назвала ее Эдгар, и дело сразу пошло. Я отлично сняла стресс, рубя «Эдгара» тесаком, а потом медленно опуская его части в кипяток.

Дети тоже притихли. Младший, объевшись булками, уснул. Близнецы проиграли пари и честно выполняли его условия – вели себя хорошо. Стефан продолжил поиски Сигизмунда, а Медина слушала мои рассказы о молодежной моде. И все, как один, облизывались на аромат ужина.

В итоге, когда Крес вернулся домой, в доме царила тишина и благодать. Вот только он к такому не привык, а потому ворвался в столовую с криком:

— Все живы? Мы что, горим? Чем пахнет, дымом?

— Это не дым, а жаркое с курицей, — поправила я. — Прошу к столу, ужин готов.

Крес, стоя в дверях, ошалевшим взглядом обвел столовую – накрытый стол с главным блюдом посередине, чинно, а главное – молча сидящих детей и живую, не пострадавшую от них меня.

— Как? — только и смог выдохнуть Крес, все еще пребывая в шоке от увиденного.

— Маленькая женская хитрость, — загадочно улыбнулась я.

Крес как-то странно на меня взглянул. Совсем как Медина утром – со смесью восторга и ужаса.