Охота на некромантку. Жена с того света (СИ)

— Как вы добьетесь результата, меня не касается, — открестился стряпчий. — Я лишь подыскал варианты по вашему запросу. Что выбрать и как поступить, решать вам, пэр Крестор.

— А если Эллария будет верна Эдгару?

— Ну-у-у, — протянул Людвиг, — могу дать вам совет не как стряпчий – клиенту, как мужчина – мужчине. По сути, без разницы, с кем именно состоится измена. Это может быть даже близкий родственник супруга…

— Вы… хотите… чтобы я… — Крес с трудом выжал из себя три слова.

Все потому, что фантазия во всех подробностях обрисовала ему сначала соблазнение, а затем и сам процесс измены Элларии… с ним!

— Я ничего не предлагаю, — сухо произнес стряпчий. — Я всего-навсего ответил на ваш запрос. Какое вы примите решение, не мое дело.

Креса хватило лишь на слабый кивок. Он едва помнил, как покинул контору стряпчего и очутился в местном пабе с кружкой эля в руке. Одно точно – ему сейчас не помешает выпить.

Неужели и это придется взвалить на свои плечи? Хотя тут скорее речь не о том, чтобы взвалить, а повалить, и не на плечи, а невестку на кровать. Проклятье, он действительно всерьез размышляет о том, как соблазнить невестку?!

— Все ко мне! — позвала я детей из холла.

Минут через пять они подтянулись из разных концов дома. К счастью, без Сигизмунда. Хомяка так и не удалось найти.

Но едва я объявила, что мы идем на прогулку в город, как о Сигги все забыли. Сколько было радости и визгу, я аж испугалась, что оглохну, как старая няня.

Это будет моя вторая прогулка по Нижнему Ареамбургу. Предыдущая чуть не закончилась костром инквизиции, и я нервничала перед новым выходом в город. Как примут меня горожане? Надеюсь, они больше не считают меня умертвием.

Вспомнилось еще одно суеверие от бабули – присесть на дорожку. Я не уверена, зачем это нужно, но рисковать не стала. Надо так надо.

— Всем быстро сесть, — велела я детям.

И те послушно плюхнулись на пятые точки, кто где стоял, то есть прямо на пол. То ли у меня прорезался командный голос, то ли дети после воскрешения хомяка меня побаиваются.

Я тоже села, но на пуфик, досчитала про себя до десяти и поднялась. Вот и все, теперь можно выдвигаться.

В город мы вошли чинно и важно. Впереди шествовал черный кот, гордо задрав хвост вверх. За ним шагала я, толкая перед собой коляску с Эдмундом, похожую на стул с колесиками. Следом за мной, как утята за мамой, семенили другие дети.

Прохожие сторонились нас, но хотя бы не кидались с вилами, уже плюс. Вместо этого они переходили на другую сторону улицы. Точнее женщины переходили и перетаскивали за собой мужчин, которые застывали с открытыми ртами при виде меня. Но женщины быстро приводили их в чувства подзатыльником.

Вообще-то я люблю быть в центре внимания. Такой у меня характер. Но в этот раз даже для меня внимания было чересчур много.