Охота на мужа

— Я сегодня поздно встала и спустилась вниз уже перед самым приходом Пемброка с его угощением. — Она поморщилась и призналась: — Боюсь, из-за того, что я была голодная, я набросилась на пирожные, как жадный ребенок. Наверное, я съела их слишком много.

— Тебе не должно быть так плохо только оттого, что ты переела, — пробормотала Кристиана, снова поглаживая спину Лизы.

Ее снова начало выворачивать наизнанку. Наконец очередной приступ прошел, и она устало сказала:

— Ладно, Кристиана, иди. Когда мой желудок наконец успокоится, я просто лягу и буду отдыхать.

— Но мне очень не хочется оставлять тебя одну в таком состоянии, — возразила Кристиана.

— Она будет не одна, — произнес от двери Роберт.

Лиза жалобно посмотрела в его сторону. Он прошел в комнату и остановился рядом с Лизой, стоявшей на коленях перед тазиком с водой. Лиза поморщилась, отчасти ей не хотелось, чтобы Роберт видел ее в таком состоянии, но она чувствовала такую слабость, что по большому счету ей было все равно.

— Я посижу с ней, пока она не уснет, и потом буду держаться поблизости. Если ей снова станет плохо, я услышу, — сказал Роберт. Он отодвинул Кристиану в сторону и вместо нее встал на колени рядом с Лизой. — Иди. Ричард внизу, экипаж ждет на улице. Идите, развлекайтесь, о Лизе я позабочусь.

— Ты уверен? — с сомнением спросила Кристиана.

— Абсолютно. — Роберт начал поглаживать спину Лизы, как до этого делала Кристиана. Но Лиза отметила, что, когда это делает он, поглаживание не действует на нее так успокаивающе. — Иди, если ей станет хуже или не будет улучшения, я пошлю вам записку.

— Ладно, — вздохнула Кристиана. — Но обязательно сообщи, если ей станет хуже. И, если получится, попытайся влить ей в горло какое-нибудь питье. — При одном упоминании об этом Лизу снова начало рвать. Кристиана уточнила: — То есть когда покажется, что она сможет удержать его в себе.

Лиза слышала, как сестра тяжело вздохнула и пошла к двери, потом звук ее удаляющихся шагов донесся из коридора. Как только все стихло и Лиза поняла, что Кристиана ушла, она повернулась к Роберту и пробормотала:

Ее снова начало рвать. Он придержал ее голову. После того как приступ рвоты прошел, Роберт спросил:

— Значит, ты ничего не ела, кроме пирожных Пемброка?

— Ты же сам слышал, — раздраженно буркнула Лиза.

Он отвел прядь волос от ее щек и повернул ее голову так, чтобы смотреть ей в лицо. Лиза только вздохнула. Она знала, что выглядит ужасно, но была настолько обессилена, что противиться не могла. Однако Роберт увидел что-то такое, что ему не понравилось, и он нахмурился. Кажется, он заметил что-то в ее глазах. Но у Лизы даже не было сил спросить, в чем дело.

— Пемброк собирался прийти на сегодняшний бал? — тихо спросил он.

Лиза нахмурилась, потом покачала головой.

— Нет.