Охота на лошадей

– Люди вашего типа встречают смерть легко, – развивал свою мысль Уолт, – но жизнь требует от них мужества.

Я открыл глаза. Уолт не шутил, а напряженно изучал меня с таким траурным выражением лица, что мысль о шутке даже не возникала.

– Как у вас с мужеством? – спросил он.

– Это видно, – глубоко вздохнул он.

– Уолт... – начал я.

– Впервые меня это поразило прошлой ночью в горах. Вы тревожились из-за Крисэйлиса, но даже на секунду не задумались, что сами можете сверзиться с высоты трехсот футов. Когда вы вели его по тому выступу, меня мороз пробирал даже смотреть на вас... А вы вернулись такой спокойный, будто прогуливали лошадь по собственному двору.

Так косвенно он извинился за то, что ждал меня не там, где мы договаривались.

– Уолт, – я улыбнулся, – не окажете мне любезность, не принесете что-нибудь от головной боли?

На ферме Мидуэй Юнис, Линни, Сэм Китченс и конюх племенной конюшни Чаб Ладовски, облокотившись на изгородь паддока, наблюдали, как Крисэйлис ест кентуккийскую траву. И комментировали это самым различным образом: Чаб Ладовски – с восторгом, Юнис – обреченно.

После путешествия по Тетону полтора миллиона долларов не стали выглядеть и на цент хуже. Жеребец выглядел даже лучше, чем на ранчо, потому что во время поездки в фургоне Сэм Китченс счистил с его шкуры всю пыль Вайоминга. И теперь под ярким солнцем гнедой лучился здоровьем и чистотой. Ладовски заверил меня, что ни у кого нет ни малейшего шанса опять украсть жеребца.

Армия фотографов и репортеров пришла и ушла. Им сказали, что Крисэйлиса нашли мирно бегавшим по земле друга Дэйва Теллера, в тридцати милях от того места, где он пропал. Все волнения остались позади.

С Юнис и Линни мы направились в дом Дэйва, Юнис налила мне в бокал виски и положила льда.

– Кто пропустил вас через мясорубку? – спросила она. – Вы выглядите как после десятой ночи медового месяца.

Сэм Хенгельмен приехал с Крисэйлисом в Мидуэй во второй половине дня во вторник. Мы с Уолтом прилетели в Нью-Йорк на день раньше, и я успел в Лексингтон как раз к концу последнего интервью, которое Юнис давала прессе. Несколько представителей этого братства с воинственным выражением на лице промчались мимо меня. Линни, не сдержавшись, захихикала им вслед.

Я сделал глоток крепкой смеси, приготовленной Юнис.

– Больше всего мне хотелось бы поспать, – признался я. – Не могли бы вы выделить мне кровать? Или рядом есть мотель...

– Оставайтесь здесь, – резко перебила меня Юнис. – Конечно, вы должны остаться здесь.

Я перевел взгляд с нее на Линни. Я не мог оставаться с ней в доме наедине, а вот с двумя дамами было абсолютно пристойно. Как глупо.

– Спасибо. И я должен позвонить Дэйву в Англию.