Охота на лошадей

А вы?

– Если вы хотите сказать, – его ноздри раздулись, – что это именно я не нашел тех двух жеребцов, пропавших раньше, то это был не я.

Я улыбнулся, но в ответ улыбки не получил.

– Три года назад «Жизненная поддержка» заплатила за Оликса один миллион шестьсот сорок три тысячи семьсот двадцать девять долларов. Цент в цент. Первая из пропавших лошадей, Шоумен, была застрахована в другой компании.

– Лошади просто убежали? – поинтересовался я. – Или их увели?

Он потер большим пальцем левой руки коротко остриженные ногти на правой руке. Тогда я увидел этот жест впервые, но потом наблюдал его сотни раз.

– Теперь, после того как вы приехали, – увели. Раньше я не был в этом уверен.

– Официально я в отпуске, – запротестовал я. – И приехал только потому, что Теллер попросил меня. Не следует придавать этому большое значение.

Он окинул меня ироническим взглядом.

– Я проверил вас. – Он посмотрел на копию телеграммы, лежавшую на столе. – Мне хотелось знать, что за английский надоеда решил сунуть нос в чужие дела.

Я промолчал, а он причмокнул губами, выразив этим одновременно понимание, оценку и смирение.

– Тайный агент, – продолжал он. – Как Теллер нашел вас?

– Как вы раскрыли меня? – вместо ответа спросил я.

– Я упомянул ваше имя в двух местах, – самодовольно проговорил Уолт, – в ФБР и ЦРУ, и получил позитивную реакцию в обоих. Несколько знакомых ребят дополнили информацию. Вы что-то вроде главной преграды на пути к внедрению шпионов в некоторые британские правительственные институты, такие, как биологические исследовательские лаборатории. И вы несколько раз предупреждали по этому поводу наших людей в Форт-Детрике. Они мне сказали, что противная сторона пыталась помешать вам, и пару раз довольно грубо. – Он вздохнул. – Так что наши ребята дали на вас «добро». И еще какое.

– А вы тоже даете «добро»?

– Они сказали, что вы любите действовать за сценой.

– На сцене можете играть вы.

– Лишь бы я не выглядел плохо перед «Жизненной поддержкой».

Мой решительный кивок удовлетворил его. Если мы найдем лошадь, пусть руку пожимают ему.

– Ладно, обо мне поговорили, теперь перейдем к Крисэйлису. Расскажите, как он пропал? – попросил я.

Уолт посмотрел на часы и сверил их с электронными часами на стене. В маленьком, без окон, похожем на коробку кабинете единственная стеклянная панель выходила в коридор. И хотя здесь было прохладно и удобно, обстановка не располагала к внеслужебному разговору.

– Пять минут седьмого, – сказал Уолт. – У вас назначены на сегодня другие встречи?

– Знаете, где есть хороший бар? – спросил я.

– Вы читаете мои мысли. – Он поднял глаза к небесам, вернее, к довольно низкому потолку. – Вверх по Бродвею в квартале отсюда есть «Дэлэни».