Охота на Горностая

 – Зачем Радослав хранил соль в чернильнице?

– Откуда я знаю, – пожала плечами Полина. – Соль всё-таки заговорённая, чернильница раритетная. Не хранят магические вещи абы в чём, нехорошо.

– Ты меня извини, – сказал Рослав, обращаясь к Полине. – Если бы я знал, что Радослав твой родной дедушка, сразу бы уступил дом, без торгов.

– Я, конечно, всё понимаю, – заволновался Авид. – У меня тоже есть дедушка, и я его очень люблю, он даже предоставляет мне пятипроцентную скидку в своей лавке, но, хочу напомнить, что дата аукциона уже назначена.

– Нет-нет, – замахала руками Полина. – Я всё равно куплю этот дом, кому он нужен, кроме меня? Но ради вашей истории стоило подождать, клянусь анекдотами Спящего! Слушайте, а чернильницу вы называли – дайте угадаю! – «чернильницей судьбы»? – Она вновь рассмеялась и потянулась за очередной салфеткой.

– Завтра о тебе будет сплетничать весь Зелёный Дом, – вполголоса посулил Авид.

– А послезавтра об этом узнает Тёмный Двор, – не остался в долгу Рослав.

– Я же говорил – шаса каждый может обидеть, – вспомнил Авид любимую присказку. – Учти, расходы пополам! – И, не дожидаясь реакции Рослава, обратился к Полине: – Полина, ты наверняка любишь украшения, а в магазине моего двоюродного дяди как раз…

Рослав хотел напомнить шасу, что если чья репутация сейчас и под угрозой – то исключительно его, Авида, потому как Рослав улетит домой, а в Чатеме ему не будет никакого дела до тайногородских слухов.

С другой стороны, Рославу почему-то совсем не хотелось спорить. Он даже не огорчился, узнав, что чернильница – это чернильница, и больше ничего. Зато какое было приключение.

13 сентября, среда, 14.21

Авид проводил Рослава в аэропорт – крепко пожал руку на прощание и тут же исчез в толпе провожающих, не дожидаясь, пока объявят посадку. Рослав усмехнулся: наверняка причиной тому стали неотложные дела, сулящие баснословную прибыль.

Обижаться всерьёз на шаса не получалось, как ни крути, несмотря на неожиданный поворот событий и полное крушение всех надежд, возложенных на «чернильницу судьбы». Всё-таки чистосердечное признание смягчает вину.

Дом, как, впрочем, и ожидалось, купила Полина – за десять миллионов. С чего начали, тем и закончили. Авид потом ходил мрачнее тучи, но Рослав был убеждён – всё сложилось хорошо и правильно. Тем более, антиквариат ушёл в общей сложности за семьсот тысяч, что не могло не радовать. Распродали всё, кроме чернильницы – её Рослав оставил на память.

Приземлившись в родном Хитроу, он отправил эсэмэску маме и направился получать багаж. Пока высматривал на ленте транспортёра свой чемодан, в кармане зажужжал мобильный.

К величайшему удивлению, это был Авид.