Охота на Горностая

Сигарный дым. Портье прячется под стойку. Друзья вваливаются в номер и замирают, судорожно пытаясь припомнить, зачем они здесь.

И первым приходит в себя Аэрба.

Рыжие русские начинают вразнобой вертеть головами, пытаясь уложить разрозненные признаки хоть в какую-то картину, после чего Рикки не слишком уверенно соглашается:

– Да, – подтверждает Вернон, узнавший в валяющейся под креслом сумке свой рюкзак. – Да.

Сложные вопросы в это время суток не приветствовались.

Рыжие головы потрепыхались ещё немного, после чего замерли в позиции «удивление».

– Я, типа, ничего не имею против, когда это меня не касается, потому что толерантный, человеколюбивый и в детстве слушал «Queen», – немного непонятно произнёс Аэрба. – Но если всё так, как выглядит, то спать я пойду куда-нибудь ещё.

Что-то в номере ему явно не приглянулось. И примерно через шесть с четвертью секунд Вернон понял, что именно.

– У нас, типа, большая гостиная, а спальня у каждого своя, – сообщил он капитану. – Специально такой номер искали.

– Четыре комнаты, – добавил Кольдер. И для наглядности продемонстрировал Аэрбе пять растопыренных пальцев. – Четыре.

После чего увлечённо уставился на них, пытаясь понять, что его смутило.

– Так веселее, – пояснил Вернон.

– Только с женщинами сегодня не получилось, – вздохнул Рикки.

– Тогда я лягу на диване. – Уэрбо покосился на светлеющее за окном небо и уточнил: – Сразу после ужина.

И почесал правый бок упаковкой пива.

– После какого ужина? – не понял Кольдер, которого подмывало рухнуть прямо на пол и уснуть, не раздеваясь.

– Что за мешок? – осведомился Вернон.

Пауза. Очень простые ответы в это время суток тоже вызывали замешательство. Каждый из рыжих мысленно повторил фразу серба и попытался как-нибудь соотнести её с тем, что помнил из прошлой ночи. Не получилось ни у кого.

– Я не спрашиваю, откуда взялся мешок, – выкрутился Вернон. – Я спрашиваю, что в нём?

И принял гордую позу. Отчего едва не упал.

– Сначала было пиво, – вздохнул Кольдер. – Кажется.

– Кажется, он от нас убегал.

– Если пиво, то убегало, – уныло уточнил Рикки. – Оно «моё», средний род.

– И ты ещё называешь себя чудом! – качнул головой Вернон. – Какая безграмотность.

– Он чудом называет себя русским, – выдохнул серб.

Рыжие вновь задумались.

– Я помню, как мы покупали мешок, но не помню, что в нём, – признался Кольдер. – Капитан торговался.

Покачивающийся Аэрба понял, что раскрыть его маленькую тайну не сможет никто, выдал хитрую улыбку и осведомился:

– Где ближайшая ванна?

– Там. – Вернон махнул рукой на общественную, то есть выходящую в гостиную, уборную. – Тошнить лучше в унитаз, а то горничные ругаются.