Сердце Океана

Сплошные «за» и «против», и я на распутье.

— Хочу, чтобы ты понимал. Сейчас, когда ты показал мне дом, я безумно хочу жить здесь, с тобой, но боюсь, он станет моей клеткой, а ты будешь пропадать где-то там.

— Да, — потупилась я.

— Пошли. — Эйнар взял меня за руку и повел за собой, едва дав мне время накинуть его рубашку.

Оказавшись в библиотеке, он посадил меня за стол, достал стопку бумаги и подвинул прибор.

— Что именно? — недоуменно посмотрела на мужчину.

— Ты хотела договор? Я согласен. Пиши все, что пожелаешь. Я подпишу.

— Пиши, я сказал, — рыкнул он.

Отодвинув от себя бумаги, сложила руки на груди и с вызовом уставилась на Эйнара.

Не знаю, сколько времени мы молчали и смотрели друг на друга. Я не отводила взгляда, мужчина тем более, и с каждой секундой мне было труднее оставаться смелой и решительной. К тому же трудно было игнорировать тот факт, что в отличие от меня Эйнар и не подумал одеться… Нет, я упрямо смотрела на его лицо, а руки прижала к телу, чтобы не было видно, как они дрожат, но кажется, это совсем не помогало.

Миг, когда мужчина сделал шаг вперед, я пропустила. Пара секунд, и он выдернул меня из кресла, прижав к себе.

— Почему ты такая вредная? — шепнул он, перед тем как поцеловать.

Второй поцелуй задушил возмущение в зародыше.

— Я ведь сам его составлю, — вкрадчиво предупредил Эйнар.

— Так я и думал, — улыбнулся он, вновь посадив меня на стол. — Поэтому и предлагаю заняться этим самостоятельно. Ты все еще против?

— Нет, — мрачно сообщила я.

— Замечательно. Тогда занимайся, а я скоро вернусь.

Еще один поцелуй, и Эйнар исчез в портале. Значит, собрался куда-то на сушу, ведь под водой мужчина использовал штормовую сферу. Хотелось сказать, что я обо всем этом думаю, но разговаривать сама с собой было неинтересно. Покосившись на бумаги, я прихватила с собой несколько листов и карандаш и снова отправилась бродить по дому, одновременно обдумывая пункты, которые хотела видеть в договоре. И пусть Эйнар будет уверен, я включу все варианты, даже самые безумные!

За пару часов я успела все обойти и проверить, но ни единой мысли в голове не появилось. Не сосчитать исчерканных листов бумаги, которые в результате оказались безжалостно смяты и нервно брошены на пол. Чем больше росла куча мусора, тем сильнее я злилась. Всегда считала себя практичной и предусмотрительной, но выяснилось, что когда в дело вмешиваются чувства, невозможно мыслить рационально.

Смахнув со стола очередной исписанный лист вместе с письменным прибором и мрачно наблюдая, как расплываются на светлых мраморных плитах некрасивые чернильные пятна, я вспомнила, как готовила предыдущий договор.