Сердце Океана

 — Что ты там вычитала про пьющих силу?

— Уроды, — не сдержалась я. — И идиоты, ради повышения уровня силы согласные стать живыми трупами и вечными слугами, чтобы получать объедки с хозяйского стола.

— Некоторые считают, что цель оправдывает средства, — заметил магистр. — Не так давно и ты была готова на все, чтобы не потерять магию.

— Никогда в жизни мне и в голову не пришло бы добровольно стать рабыней. В чем смысл их жизни? Служение хозяину, убийства, потеря души и возможности самостоятельно принимать решения? А плата? Магия, да. Но это проклятая магия, которая питается чужими жизнями.

— Тем не менее многие соглашаются на такое. Для выгоревшего мага это единственная возможность снова обрести дар.

— Лучше остаться лишенцем, чем потерять душу, — упрямо заметила я. — К тому же в выигрыше только хозяин, а они…

Сдерживать эмоции становилось сложно, и я замолчала. Меня затошнило, стоило вспомнить, каким именно образом доставалась сила для хозяев. Пьющие действительно были рабами. Рабами, которые надеялись однажды стать хозяевами. Вот только мне казалось это эфемерным. Выгоревший маг хватался за соломинку, желая вернуть дар, но, становясь падальщиком, он тем самым соглашался на эту участь навсегда. Страшным было то, что хозяева и пьющие ничем не отличались от обычных магов. Одним из них мог оказаться любой, даже магистр, сидящий напротив меня и смакующий очередной бокал вина.

— Вы одобряете такую плату за силу? — напряженно спросила я.

— Знаешь, почему я ни на секунду не сомневался в невиновности Сайдара? — прищурился Джэтен.

— Почему? — вырвалось у меня.

— Источник. Его род владеет столь мощным источником, а связи в семье настолько крепкие, что молодому Раяру не грозит выгорание. Конечно, если он не совершит глупость и не порвет связи с родом. Но и тогда он не решится на такой путь, ведь ему с младенчества привиты истинные ценности. Сайдар вспыльчив, порой срывается, но он никогда не переступит грань.

— А если дело будет касаться кого-то, кто ему дорог? — напряженно уточнила я.

— Странно, что ты говоришь об этом, — усмехнулся магистр. — Ведь именно это предположение высказывали как важнейший довод того, что Сай способен на убийство. Так что, рыбка, в том, что Раяр сейчас в карцере, есть и твоя вина. Не стоило так явно демонстрировать привязанность друг к другу. У него ведь реально крышу сорвало, а тот факт, что парень смог выжечь мое заклинание и проснуться, говорит о том, что вы связаны сильнее, чем я мог предположить. Ты стала его слабостью… Не только его, — покачал головой магистр. — С этим уже ничего не поделаешь, но в дальнейшем учитывай, как отзовутся твои поступки на чувствительных нитях связей.

Пока Бран Джэтен говорил, я молчала. Он был прав.