По дороге на Оюту

— Умница моя, — ещё раз похвалил меня мужчина и пригладил рукой меня пониже спины, отчего на моих щеках предательски вспыхнул румянец.

Демьян резво подскочил к неприметной дверке и распахнул её. Да, это был медицинский корабельный склад. Тут же обнаружился и сейф, и бластер, и сам врач. Он сидел, привалившись к закрытому шкафу. В его голове невозможно было не увидеть жженую сквозную рану от заряда бластера, который он держал в мёртвых руках.

— Видимо совесть замучила, — сделал весьма циничный вывод марионер.

Пока я в ужасе разглядывала мёртвого, Демьян успел выдернуть бластер и обшарить сейф. Там обнаружилось ещё одно импульсное оружие. Перерыв и разбросав какие-то медицинские бумаги, Демьян захлопнул тяжелую дверь и принялся методически обшаривать полки.

— Что ты ищешь? – стоять на полу было холодно, а с потёкшим носом и воспалением в горле ещё и опасно. Чихнув, я растёрла рукавом влагу под носом.

— Ищу для тебя лекарства.

Марионер, выдвинув очередной ящик, расплылся в улыбке. Выдернув тряпичный мешочек для трав с полки, он, не церемонясь, высыпал его содержимое на пол и принялся запихивать в него лекарственные препараты. Прихватив напоследок шприц-пистолет, он направился на выход, подхватив снова меня на руки. Мы двинулись вновь к эвакуационному отсеку, только уже вооруженные бластером.

Глянув на его обгоревшую руку, я вспомнила.

— Демьян, твоя рука...

— Успокойся, Анита, это пустяк, заживет быстро.

— Пустяк?! – возмутилась я, видя, как кожа в некоторых местах на кисти уже начала слезать. – Тебе больно?

— Неприятно и зудит, но не больно, солнышко, не волнуйся.

Спускаясь снова на нижний ярус корабля, нам пришлось отстреливаться от личинок и червей. Откуда их столько - только оставалось гадать. Весь масштаб трагедии во втором пассажирском отсеке поражал. Ещё не успев даже зайти на спасательную палубу, мы услышали ор, скрежет и сводящий с ума гул двигателей.

Здесь царил хаос.

Отпихивая друг друга, существа разных рас пытались забиться в спасательные шлюпки, рассчитанные от силы на десятерых. Мужчины наступали на тела, сбитых с ног, ещё живых и пытающихся подняться, женщин. Где-то надрывно плакал ребёнок. Всюду драки, трупы, тут же шныряли и личинки, на которых и вовсе внимания не обращали.

Непроизвольно, я сжала плечо Демьяна. Сама мысль, что мы сейчас вот так же начнём биться за место на маломестной шлюпке и останемся в закрытом пространстве возможно с заражёнными людьми, ввела меня в панику.

— Да, — Демьян криво ухмыльнулся, — я как-то подзабыл, как всё это выглядит. Прямо музыка из прошлого. Пойдём отсюда, наверняка, здесь помимо нелегалов ещё и контрабанду провозят. Не поверю, что не приторговывают лёгкими межзвёздниками. Весь этот крейсер с пиратским душком оказался.