Охоться на меня, дорогая (ЛП)

— А теперь ты не хочешь, жалкая сучка, у тебя нет другого выбора. Ты будешь делать то, что тебе говорят, дорогая, или ты и это отродье снова окажетесь на улице. Это означает сосать мой член и позволять мне трахать эту киску, когда я захочу, а также следить за тем, чтобы другие шлюхи работали за наркотики, которые они вводят в свои вены.

Он отпускает маму, и она падает. Я хочу подбежать к ней, но не могу заставить себя выйти из своего укрытия. Она так много раз говорила мне прятаться. Я так стараюсь вести себя тихо, чтобы он не услышал меня и не стал злым на меня, как на маму.

Я вижу, что она встает, и теперь я счастливее. Но она выглядит расстроенной, и это расстраивает меня.

— Нет, я не буду. Я наблюдала, как Бет чуть не передозировалась этими наркотиками, в то время как те мужчины делали с ней ужасные вещи, все это время, пока моя маленькая девочка играла с ее сыновьями. Я больше не буду этого делать. Я забираю ее и наших детей из этого ада, в который ты нас втянул."

"Она такая храбрая, что противостоит злому дяде Джимми. Я хочу быть такой же храброй, как она, когда стану старше. Мне невыносимо смотреть, как маме причиняют такую боль, и я хочу подбежать к ней, но мои ноги словно приклеены к полу. Мое тело не хочет ее ослушаться. Я не могу пошевелиться, я не могу издать ни звука. Я просто хочу, чтобы этот кошмар закончился. Не могу ли я проснуться сейчас, пожалуйста.

Лицо дяди Джимми искажается от ярости, и он снова хватает маму за волосы, притягивая ее ближе к себе.

— Ты неблагодарная сука! — шипит он. — После всего, что я для тебя сделал, вот как ты мне отплачиваешь?

Маме больно, я вижу это по ее лицу, но ее голос такой сильный.

— Я никогда ни о чем таком не просила, Джимми. Ты вынудил меня к этому, и я не позволю тебе разрушить жизнь и моей дочери тоже. Мы уезжаем, и ты ничего не сможешь сделать, чтобы остановить нас! То, что ты полицейский, не означает, что ты наш хозяин.

Дядя Джимми сильно бьет маму по лицу, заставляя ее отшатнуться назад. Теперь по моим щекам текут слезы, и все, что я чувствую, — это страх, сотрясающий все мое тело.

— Я должен был знать лучше, чем доверять такой никчемной шлюхе, как ты! — Рычит дядя Джимми. — Ты думаешь, что можешь просто уйти? Ты никуда не пойдешь. Ты будешь здесь, пока я не прикажу иначе, и когда это произойдет, эта маленькая соплячка займет твое место. Я уже вижу ее, и из отродий этой шлюхи-наркоманки получится хорошая команда для меня, они даже называют ее своей малышкой.

Я чувствую тошноту в животе, мое сердце так быстро колотится в груди, когда жестокие слова дяди Джимми эхом отдаются в моих ушах. Я не знаю, как кто-то может быть таким злым. Я не хочу больше ничего слышать, я просто хочу уехать отсюда подальше.

Но я не могу бросить свою маму. Я не могу оставить ее наедине с этим монстром.