Охотясь на Аделин

 – Что мешает тебе захватить власть?

– Зейд мешает, – просто отвечает она, разворачиваясь к нему. – С тех пор как ты создал свою организацию, ты стал занозой в моей заднице и стремишься разрушить все, что я так долго и с такими усилиями строила. И, признаю, у тебя неплохо получается, поэтому я хочу заключить с тобой союз, в котором мы будем работать вместе, а не друг против друга. Я дам тебе то, чего ты так сильно хочешь, а взамен ты поможешь мне с тем, чего хочу я.

– Говоришь со мной, как с идиотом, Клэр, – сухо произносит Зейд. – Ты хочешь, чтобы я прекратил разоблачать правительство? Нет, ты ведь желаешь чего-то большего. Ты хочешь, чтобы я создал какую-нибудь технологию, которую можно было бы вживлять в мозг людям и превращать их в роботов? Сделать так, чтобы они перестали сопротивляться?

Она поднимает брови, и на ее лице появляется улыбка.

– А вот это уже интересная идея. Я могу создать новый мир с законами и наказаниями за их нарушение. А твоя технология продвинет нас и даст возможность обеспечить неукоснительное соблюдение этих законов. Мы могли бы заставить людей ходить по прямой линии, где бы ее ни нарисовали. Но лишить их способности мыслить самостоятельно?.. Боже мой, да это было бы просто замечательно.

Ее глаза загораются от волнения.

– Ты можешь сделать и такое?

И я могу лишь смотреть на нее, совершенно потеряв дар речи. Покончить с торговлей людьми – не это ли мечта? Безусловно. Но она предлагает взамен какую-то фантастическую историю о том, как лишить людей свободы воли и превратить их в зомби.

Я даже не знаю, что именно она будет с ними делать, но мне это и не интересно. Я хочу того же, чего всегда хотел Зейд. Искоренить работорговлю. Но это желание никогда не сопровождалось нереалистичными ожиданиями.

– Технологии могут все. Единственное ограничение – это их создатель, – заявляет Зейд.

Она улыбается, и я вижу, как в ее глазах мелькает то, что она украла у многих людей. Украла у меня.

Надежду.

Но она принадлежит не ей – она принадлежит душам, в уничтожении которых она повинна.

– Видишь? Значит, все в наших силах, – выдыхает она. – Я верю, что для тебя нет никаких пределов.

Взгляд Зейда темнеет, и в моей груди становится тесно.

– Ты права, Клэр. У меня нет пределов."

"Она совершенно неправильно понимает его ответ, потому что ее улыбка расцветает; она слишком ослеплена открывающимися возможностями, чтобы понять, что именно ее ожидает.

– У тебя же и так есть власть, – напоминаю я ей. – Ты теневое правительство, которое контролирует всю страну. Тем более что теперь твои компаньоны мертвы. Неужели тебе этого мало? Теперь ты хочешь мирового господства?

Она наклоняется вперед, обнажает зубы и шипит:

– Может быть, твой ничтожный мозг…

– Знаешь, в чем твоя проблема? – перебивает Зейд.