Охотясь на Аделин

Но сейчас она выглядит так, будто вот-вот предстанет перед судьей и ее приговорят к пожизненному заключению или еще какому-нибудь дерьму.

– Ты себя недооцениваешь, Аделин, – лениво потягиваюсь я.

Мои движения расслабленны и медлительны. Так обычно бывает, когда мои руки вот-вот обагрятся кровью.

– Я не недооцениваю, – защищается она. – Это старые, обрюзгшие мужики. А вот их охранники…

– Это мои люди, – заканчиваю я."

"Рот Адди складывается в букву «О».

– Ах ты, хитрый пес, – шепчет она, и на ее пухлых губах появляется улыбка.

Карамельные глаза смотрят на меня теперь с веселым блеском.

Когда двое мужчин и их охранники подходят к ступеням, мы замолкаем. Они начинают подниматься, и металл под их весом стонет.

– В конце концов ей придется вернуться в Штаты, – раздраженно бурчит один из них.

Первым в самолет заходит Майкл, и я почти смеюсь, когда он выхватывает из кобуры пистолет и направляет на меня.

Джефф и Гэри следуют за ним, а еще один из моих людей, Барон, идет позади.

– Что здесь происходит? – восклицает Гэри, заметив нас, и оба старика замирают, а потом отступают назад.

Поднимаю руку в приветственном жесте.

– Я пришел, чтобы сдаться, Гэри. Иначе зачем бы еще я здесь был?

– Сдаться? О чем ты вообще говоришь? Кто ты такой?

– Ах, прошу прощения, – произношу я, ухмыляясь. Дотягиваюсь до сиденья рядом с собой, поднимаю маску и прикладываю ее к лицу. – Может быть, сейчас?

Смешно, как быстро они бледнеют; их глаза округляются, узнавая мою маску из телевизионного выступления.

Отбросив ее в сторону, я шучу:

– Вам понравилась моя речь? А то я слишком нервничал.

Гэри фыркает, не зная, что ответить. Я поднимаюсь, и они тут же отступают назад. Два неуклюжих идиота натыкаются на Барона, пытаясь увеличить дистанцию между нами, но наемник стоит как кирпичная стена.

Джефф разворачивается к Майклу, и его лицо краснеет.

– Почему ты не стреляешь в него? Стреляй же!

Майкл молчит, и лицо Джеффа становится уже багровым. Майкл опускает пистолет и улыбается.

– Вижу, вы удобно устроились за кулисами, – замечаю я. – Можете громко выкрикивать требования, уверены в том, что никто никогда не узнает, кто вы на самом деле.

– Предаетесь праздности, – добавляет Адди.

Теперь ее тело расслаблено, а вместо беспокойной фигуры – обходительная кошка, поигрывающая коготками и готовая вскрыть пару глоток.

Добыча становится хищником.

И она – самое прекрасное создание, которое я когда-либо видел.

Гэри смотрит на нее, и из его глаз едва не вырываются лазеры, но если он рассчитывает, что это может ее запугать, то он жестоко ошибается.

– А ты, черт возьми, кто такая?

Она поворачивается ко мне, и на ее лице появляется глупая улыбка.

– Мне очень хотелось бы сказать что-нибудь пошленькое.