Охота за моим сердцем (СИ)

– Вот же гадина!»

– Понимаю, тебе это не понаслышке известно, но не суй свой нос, куда не следует! – из-за спин столпившихся адептов неспешно, я бы даже сказала по-кошачьи, вышла статная брюнетка, при виде которой все притихли.

– Кто это сказ… Мэвис?

Из озлобленной демонессы, секунду назад желающей разорвать в клочья ту, кто вмешалась в нашу ""милую"" беседу, грубиянка превратилась в статую блеющей овечки.

– С утра была ей, – хмыкнула незнакомка, тряхнув роскошной копной темно-русых волос. – У тебя какие-то проблемы?

– Нет… я… нет, все хорошо, – унизительно замямлила моя временная однокурсница.

– Ну вот и отлично, – девушка невозмутимо кивнула. – Тогда иди. И поживей.

Ее голос был тихим, но при этом наполнен властностью. Всего несколько секунд и толпу, как и нахальную демонессу, словно ветром сдуло.

«Да кто же ты такая? – задавалась я вопросом, не зная, как быть: оставаться на месте или следовать примеру остальных. – То, что ты темная, это понятно, но почему тебя так все испугались?»

– Привет, – девушка сместила на меня карий взгляд, – и наделала же ты шума, Кэрай.

– Я? – ошалело хлопала ресницами, не спеша задавать вопросы.

– Ну не я же, – на лице кареглазой растянулась дружелюбная улыбка. – Позволь представиться – Мэвис, председатель ученического комитета академии Нариман и по совместительству… – она словно специально сделала паузу, – сестра Каэля, из-за которого, собственно, ты и стала центром всеобщего внимания.

8. Я не дам тебя в обиду

Кэрай

– И почему по твоему взгляду мне кажется, что я тебе не нравлюсь? – спросила прямо Мэвис, вопросительно приподнимая одну бровь.

«Поверь, тебе не кажется, но я не могу сказать об этом. Тогда что же ответить?» – мигала сигнальной лампочкой мысль в голове.

Эта девушка мало того, что являлась демонессой, жительницей темных земель, так еще и приходилась родственницей напыщенному павлину, которого я ненавидела всеми фибрами своей души.

Была готова дать голову на отсечение, что она на стороне, как удалось узнать имя, Каэля. Следовательно, против меня, а значит – враг.

– Если в чем-то есть моя вина, – сорвалось равнодушное с моих губ, – то прошу простить.

На самом деле я знала, что ни в чем не виновата, но доказывать свою правоту на чужой земле, чужому народу было глупостью несусветной. Поэтому решила обойтись малой кровью, а именно – извиниться, растаптывая свою гордость, только бы меня оставили в покое.

Смотрела на темноволосую собеседницу открыто, как на равную себе, хотя понимала, что она относится к королевской семье. Требовалось выказать уважение и, как минимум, склонить голову."

"«Не буду! – негодовала, выдерживая пристальный взгляд карих глаз. – Достаточно того, что я попросила прощения ни за что.