Охота за чужой болью

Анна выгнулась вслед за его членом и не удержавшись, опорожнила мочевой пузырь прямо под себя, теряя сознание от боли. Это был уже не первый раз, когда она теряла сознание. За эти два дня нескончаемого потока насилия, когда мужчины, по очереди, сменяли друг друга, не давая ей отдыхать ни на минуту, она потеряла счет времени. Одна сплошная боль заменила ей все другие ощущения. Только на те жалкие мгновения, когда она отключалась, ей удавалось хоть немного отдохнуть от этого ужаса и боли.

Когда Вячеслав кончил, он удалился к себе в каюту на часик отдохнуть и поспать, и на его место снова заступил Павел. В этот раз он особо не церемонился с ее “розочкой”, а просто отдолбил Анну быстрыми и грубыми движениями и, забив свой член на всю глубину, вылил в нее очередную порцию спермы."

"Он с наслаждением оторвался от девушки и стал любоваться ее видом. Ее растерзанный за эти два дня анус не давал ему покоя и заставлял его возбуждаться снова и снова. Давно у него уже не было такой долгой эрекции. Он несколько раз провел рукой по вывернутой кишке Анны и с удивлением обнаружил, что она активно поддается ласкам, мягко реагируя на его прикосновения. Как завороженный он стал исследовать ее анальное отверстие, ожидая новой эрекции.

Намазав руку смазкой, он начал осторожно просовывать свою руку в ее распухший и растянутый анус, вминая «розочку», но девушка была в глубокой отключке и совершенно не реагировала на его грубое вторжение.

– Очнись, шлюшка! – он со всей силы оттянул ее голову за волосы и свободной рукой ударил ее по лицу. Анна медленно пришла в себе и снова завыла от боли.

– Ты теперь анальная рабыня и ты должна любить фистинг! Твой анус просто рожден для этого! – он снова бросил ее лицо и покрывало и резко стал просовывать пальцы в расширенный анус. Больше трех пальцев засунуть не удавалось и Павла это сильно злило. В течении получаса он умело и целеустремленно разрабатывал ее прямую кишку, заставляя ее растянуться под размер ее его руки.

Он понимал, что фистинг может повредить этой несчастной, но уже не мог остановиться.

– Давай, расслабься стерва! – он кое-как засунул кулак и часть руки в ее прямую кишку и стал крутить погруженной рукой в заднице бедняжки.

Девушка слабо выла и дергалась, ощущая адскую боль в истерзанном анусе.

– Ааааа – хрипела Анна и из ее рта текли слюни и пена, глаза широко раскрылись и на ее лице застыла гримаса ужаса.

Она уже даже не пыталась отстраниться от рук садиста, а Павел, пристав, обнял ее свободной рукой за тело и прижав к себе, продолжил погружать руку в анус. Наслаждаясь ее мучением и хрипом.

Он резко вытащил руку и затем снова начал загонять ее вовнутрь. На этот раз “розочка” показалась ему уже в два раза больше. Вернувшийся Вячеслав был поражен происходящим.