Охота за чужой болью

– А ты не хочешь развязать девочек, чтобы они смогли поспать и набраться сил для дальнейших игр? – Она показала пальцем на лежащую на гинекологическом кресле Инну, которая уже вся посинела от нехватки воздуха, и висящую на распорке Карину, которая тоже выглядела, не лучшим образом."

"– Милая, мне бы хотелось оставить Инну так на всю ночь. Ты сама прекрасно знаешь, что воспитание должно быть жёстким. Зато её горло, за ночь, сможет принять нужную форму и у нее уже никогда не будет проблем со спазмами. Это для её же блага. А Карину, я бы на двое суток оставил, за один лишь ее злобный взгляд. Ты же сама видишь, она меня ненавидит! – Вячеслав тоже посмотрел на висящую девушку с особой ненавистью.

– Милый, давай не будем принимать поспешных решений. Девочки нужны нам живыми, Карина со временем, все поймет и полюбит тебя. Инна, новенькая, она тоже ещё тебя плохо знает, пройдёт время, и она сможет искренне полюбить тебя, дай им время, не надо зверствовать! – Майя старалась говорить убедительно, Вячеслав, уже начал колебаться, но в последний момент, посмотрев снова на висящую Карину, сказал свое нет.

– Милый, пожалуйста, – Майя сделала последнюю попытку.

– Я сказал нет, значит нет, – воскликнул Вячеслав, начиная заводиться, – Ты обещала, что будешь помогать мне, почему же ты мешаешь мне воспитывать этих рабынь?

Он подошел к Инне, у которой действительно, был уже довольно синий вид лица, и который очень сильно пугал Майю.

Вячеслав с силой вытащил изо рта несчастной фаллоимитатор, и та начала судорожно кашлять и отхаркиваться, захлебываясь собственными слюнями.

– Ну вот видишь, все с ней в порядке, ничего плохого не случится, зато посмотри, как ее горло расширилось, подойди, загляни вовнутрь, ты сама все поймешь! – Он подошел к Майе и схватив её за руку заставил заглянуть в расширитель рта Инны.

– Любимый, она не сможет так спать, всю ночь будет мучиться, хочешь, я утром зайду и лично вставлю ей фаллос и заставлю несколько часов сидеть с ним? – Она нежно обняла мужа и стала гладить его. Инна беззвучно рыдала.

– Солнышко, не уговаривай, прошу. Ты пойми, мне это действительно очень нужно, я очень хочу, чтобы до утра они были наказаны, обе! А утром я сам их освобожу, договорились? До утра осталось не так уж много времени, семь часов пролетят незаметно! – Он плюнул в рот Инне и стал снова засовывать в ее горло фаллоимитатор. Девушка вновь захрипела из её глаз рекой потекли слёзы. Майя съежилась от этого жуткого вида, но ничего не сказала.

Глаза Инны выглядели пугающе. Белые яблоки налились кровью, белого цвета уже, практически, не было от лопнувших капилляров все было багрово-красным. Уголки рта с обеих сторон разорвались и на них была видна засохшая кровь.