Охота на ведьм

Он сразу заприметил девочку лет одиннадцати, что приходила на господскую усадьбу поиграть с пареньком двенадцати-тринадцати лет. У паренька был мечтательный взгляд и звали его Даг. У девочки были каштановые волосы. Ее звали Лив. Лив стала такой красавицей, что новый работник не мог удержаться, чтобы не взглянуть на нее лишний раз. Настоящая красавица!

Этой зимой фрекен Шарлотта публично признала своего сына. От нее отвернулись многие друзья, зато остались самые преданные и настоящие. Где только не перемывали косточки бедной Шарлотте! В кухнях и комнатах для прислуги, в красивых богатых залах. Для Шарлотты это было непростое время, но он вела себя невозмутимо. Зато теперь белокурый мальчуган унаследовал Гростенсхольм!

Однако что-то не похоже, что Дага интересует крестьянский труд. Ему больше нравилось читать книги.

Однажды Клаус, так звали нового работника, чистил лошадь. В это время мимо него прошли дети. Среди них выделялся мальчуган. Он был моложе всех, но высок ростом и широк в плечах. У него были темные волосы, высокие скулы и широко расставленные глаза. Работник не успел разглядеть его как следует, потому что тут его внимание привлекла старшая девочка. Он был так очарован, что не мог отвести глаз. В нем стали просыпаться низменные желания.

Темные кудряшки обрамляли кошачье личико с блестящими зелеными глазами. Губы и щеки девушки были нежно-розового цвета. Двигалась она гибко и грациозно. А когда Клаус увидел ее бедра, у него по телу побежали от вожделения мурашки.

Дети давно уже скрылись в доме, а Клаус все тер и тер лошадь в одном и том же месте. Та взбрыкнула, и Клаус наконец очнулся.

Тут к нему подбежал самый младший из детей:

— А лошадь добрая?

— Угу. Хочешь покататься?

Конечно, мальчик хотел. Работник осторожно посадил его в седло.

— Как тебя зовут?

— Аре. Мне семь, почти уже восемь лет. Сегодня у нас детский праздник. Мы отмечаем Иванов день*.[18] А Даг — это мой брат.

— Неужели? — удивился Клаус. Что-то не совпадало. — А у тебя есть еще и сестра?

— Да. Даже две — Лив и Суль.

— Суль… Это что, вон та большая девочка? — Сердце работника забилось быстрее.

— Ага. А маленькая — это Лив.

— А сколь Суль лет?

— Четырнадцать.

Сердце упало в пятки. А он-то думал, что ей никак не меньше шестнадцати.

— Вон идут дети Эйкебю, — сказал Аре. Он был очень доверчивым, наивным мальчиком и не заподозрил ничего дурного в вопросах работника. — Они тоже пришли на праздник. Бедняги. Говорят, их бьют по несколько раз в день.

— Всем детям достается.

— Только не нам.

— Как же так? Надо изгонять первородный грех! — Клаус был потрясен.

— А что это такое?

— Ты в церковь ходишь?

— Да. Но там так скучно. Я считаю звездочки на потолке. И потом, знаешь, борода священника так здорово прыгает вверх-вниз.