Охота на василиска

Кажется, ее пытались вызвать, но она даже не поднялась. Директор что-то ей говорила, слова улетали в пустоту. А потом Ксюша достала телефон и задумалась. Звонить Артемовой маме? Что-то она сомневалась в разумности этого звонка. Полистала адресную книгу, нашла нужный телефон и принялась набивать длинную эсэмэску…

Артем и Данька еле дождались звонка. Они вскочили с мест, не слушая вопли директрисы и кивнули Ире: «Ты с нами?». Ира испуганно показала глазами на директора. Данька пожал плечами и выскочил из класса первым, Артем отстал от него на полсекунды и воткнулся в его спину.

Данила растерянно вертел головой. В коридоре его встречали хмурый Ковригин в сопровождении полицейского и перепуганного школьного психолога.

Ксюша шла домой и повторяла про себя: «Стукачка… Я — стукачка».

Даника с Артемом сразу забрали, поэтому в школе никто не выяснил, откуда наркоконтроль получил сигнал, но от этого не было легче. «Я настучала на друзей… Ладно, просто на одноклассников». Ксю пыталась убедить себя, что другого выхода не было, что иначе Артем мог вообще погибнуть, но противный голос в голове все равно твердил: «Стукачка! Стукачка-стукачка-стукачка!».

Хуже всего, что Данила с Артемом когда-нибудь вернутся, и тогда она услышит «Стукачка!» не от внутреннего голоса, а от всех вокруг…

Пришлось напрячь силу воли и переключиться на подготовку к корпоративу. Ксю выудила из сумочки телефон и принялась изучать сообщения, которых за последние два часа накапало три десятка. Когда у подъезда ей дорогу преградил Егор, Ксюша его не сразу узнала. Попыталась обойти, уткнулась ему в плечо еще раз и только тогда подняла глаза.

Егор был хмур.

— Поговори со мной! — сказал он.

— Ой, извини, давай попозже, очень занята, — сказала Ксюша.

— Занята настолько, что не можешь поговорить со старым другом? — с надрывом спросил Егор и дыхнул перегаром.

— Фу! — отвернулась Ксюша. — У тебя теперь новые друзья, вот с ними и разговаривай!

Ксюша попыталась пройти, но Егор опять стал у нее на пути.

— Типа крутая стала, да? — с вызовом спросил он.

— Да что тебе надо? — возмутилась Ксюша.

— Мне плохо, — мрачно ответил Егор.

— Иди поспи и не пей больше, — раздраженно сказала Ксюша.

— Мне плохо, — с надрывом сказал Егор, — меня никто не любит!

Ксюша подняла взгляд и взглянула Егору в глаза. Они были мутные, но трезвые. Губы дрожали.

— Поехали со мной, — предложила она, оценив время до собрания, — по дороге расскажешь.

Собственно, Егор успел все рассказать еще по дороге к метро. Компания у подъезда его пробросила, как только он пришел без бутылки.