Охота на пиранью

— Да уж, интересный у тебя отпуск получился… — хмыкнул Крест.

— Что, не веришь?

— Верю. Серьезно. Про такие охоты мне прежде слышать не доводилось, зато точно знаю один большой городок, где за крутые бабки и по хорошей рекомендации пройдешь зрителем на гладиаторские бои…

— А, это я слышал, — сказал Мазур. — Каратэ до упора…

— Хрен ты слышал. Я говорю — гладиаторские. На шпагах, на мечах — и все всерьез, никакой «первой крови». После этого и в твою охоту быстрее верится… И потом, если подумать… — протянул он. — сунь сигарету в зубы. Благодарю. И потом, если твою версию принять, она отлично на все твои подвиги ложится, как по мерке шита, все объясняет… Одни прапора немного не укладываются.

— Вот их-то, хочешь верь, хочешь нет, я не убивал, — сказал Мазур. — Это моим горбом счеты свели…

— А хоть бы и ты, — безмятежно сказал Крест. — Что я, из-за вонючих дубаков слезы лить буду? Наоборот, майор… Мои тебе аплодисменты… Убедил. Верю.

— Вот спасибо, — сказал Мазур. — А дальше что?

— Дальше? Дальше… — Крест медлил. Пару раз облизнул губы. — Интересное у нас совпадение целей. Обоим нужно отсюда смыться совершенно незамеченными. Только мне раньше нужно еще дело сделать… Майор, я так понимаю, ты, пока шел, в крови по самые уши вымазался? И на стену от этого не лезешь, тебе домой очень уж хочется… Если я на вас двоих последние чистые ксивы истрачу, отработаешь?

— То есть?

— Я вам делаю два чистых паспорта. И уходишь со мной по той дорожке, что я придумал. А взамен сработаешь вместо Дракона — ты, сердце мне вещает, еще получше сработаешь даже…

— А что делать?

— Да замочить человек несколько… сразу отмечу — из нерусского народа и самых что ни на есть немирных, — напряженно усмехнулся Крест. — Всего-то. Их там будет четверо. Кого-то я на себя возьму, но со всеми сразу не справиться. Они там начеку, гостя не ждут, но привыкли, что в любую минуту может неизвестный абрек появиться, добро попробует отобрать…

— И что ты у них отобрать собрался?

— Что бы ни было — вещь дорогая. Процент будешь выторговывать? Насчет разумного процента можно поговорить — там на три жизни хватит, пусть уж мне будет на две с половиной, и тебе — на половинку…

— А если я потом все заберу? — спросил Мазур, ухмыляясь.

— Продать не сможешь. Запорешься. Меня, майор, жизнь учила в людях разбираться… Кстати, староват ты что-то для майора.

— Черт с тобой, — сказал Мазур. — Полковник."

"— Вот это уже больше на правду похоже.