Охота на олигарха

У меня очень исполнительные ребята, готовы работать в ночь — и все во имя безопасности огромной империи Дымова. Сейчас напротив меня сидит та самая девица, от которой несколько месяцев назад Никулину Антону Ивановичу, ведущему специалисту отдела аналитики, снесло крышу.

Мало того что он брал работу на дом, открывая дистанционно доступ к важным программам, так он еще потом все данные хранил на личном ноутбуке. Вообще, не понимаю ту затею с ограблением офиса. Может быть, сейчас эта особа прольет свет на то зачем все это было сделано.

— По какому праву вы меня здесь держите? Я могу написать на вас заявление о похищении и незаконном удержании.

— Сильно грамотная?

— Может, и сильно.

Смотрю на нее — и хочется плакать, не дай бог такую дочь, лупил бы каждый день. На мордашку смазливая, если бы не тонна косметики. Распущенные длинные темные волосы, майка, джинсы и кожанка. Ее вытащили из ночного клуба, одета девица не по погоде, но с тем градусом алкоголя, под которым она находилась, холода и не заметила.

— Кто вы такой? Я хочу домой, меня муж ждет.

Сейчас она выглядит вполне трезвой, но глаза красные, нервно чешет нос. В ней не только алкоголь, но и наркотики.

— Допустим, мужа у тебя нет. Кому нужна жена-наркоманка и проститутка, а еще барыга?

— Слушай, дядя, ты словами такими не кидайся, я ведь не простая девка с улицы.

А вот ее перемена в настроении мне даже на руку, девушка двигается ближе, смотрит в глаза, губы плотно сжаты, но на шее часто пульсирует вена, что выдает ее волнение.

— Конечно, ты не простая, ты дорогая, но шлюха. Ника? Или как твое настоящее имя? Нина? Рязанова Нина? Из далекого сибирского шахтерского городка. Приехала поступать и не поступила? Угадал?

— Я хочу уйти. Вы не имеете права меня держать."

"— Ты, Нина, уйдешь, когда расскажешь мне, кто и для чего тебя подложил Никулину Антону. Вот только не надо делать таких удивленных глаз. Актриса ты, может, хорошая, но со мной твоя драматическая сценка не прокатит.

— Я не знаю, о чем и о ком вы говорите, — откинулась на спинку стула, закинув ногу на ногу.

— Хорошо, давай поговорим иначе. За этой дверью нет камеры и полиции, мы беседуем без свидетелей и не под протокол. Ты, Рязанова Нина, двадцати пяти лет от роду, рассказываешь мне все, что связано с Никулиным, и от того, как пройдет наша беседа, зависит твое будущее.

— А если нет? — снова вызов и во взгляде наглость.

— А если нет, то я сдам тебя полиции, а еще видео из клуба, как ты продаешь наркотики, как хранишь их в своей одежде. Угадай, какая это статья и сколько лет тебе дадут?

Готовлюсь к истерике, к угрозам, к тому, что проторчу здесь как минимум всю ночь. Девушка молчит, смотрит в сторону, наверняка прикидывает перспективы своего будущего.