Охота на невесту

Пламя какой величины можно считать доказательством его вины?

Любящая, но одинокая жена

Дорогая Любящая и одинокая! Должна вам сообщить, что в большей степени, чем привычкой вашего супруга посещать питейные заведения, и обеспокоена последствиями ваших действий. Если вы станете проверять вашего мужа указанным способом, вспыхнувшее в результате пламя, — а возможно, и взрыв, — могут причинить ущерб вам обоим. К тому же вы, вероятно, намереваетесь проводить испытания, пока он спит? В таком случае, как вы собираетесь объяснить ему происхождение его раны, после тот как он проснется и спросит вас об этом? Это очень неудачная идея. Я содрогаюсь при мысли, что вы изобрели столь чудовищный способ проверки его верности.

Пенелопа

Глава 6

Себастьян помогал Джеку готовить зал к предстоящим состязаниям по игре в покер, когда вдруг услышал ужасный грохот. Это совершенно не походило на вежливый стук в дверь. Скорее всего кто-то стучал в дверь ногами. Может, привезли пиво, которое он заказал?

Взглянув через плечо, Себ спросил:

— Можешь открыть дверь, Малыш Джо? Это, наверное, парни из службы доставки.

Продолжая раскладывать колоды карт, Себ вспомнил робкий стук в дверь таверны, когда здесь впервые появилась Люси — убитая горем и в пыльном дорожном платье. С тех пор она очень изменилась. Впрочем, нельзя было сказать, что она многого достигла в качестве официантки, скорее она сделала шаг вперед как молодая самостоятельная женщина, крепко стоящая на ногах. Себастьян посмеивался про себя, вспоминая литры пива, которые Люси успела за это время пролить, и небольшие неприятности, которые то и дело с ней происходили и за которые другую девушку он давно бы уволил. Но посетители, кажется, не жаловались на ее неловкость и забывчивость. Ослепительная улыбка этой девушки, ее сияющие глаза и добродушные шутки с лихвой окупали все ее многочисленные промахи. Не далее как вчера вечером Люси умудрилась опрокинуть полную пепельницу на новую фетровую шляпу Морриса Филда. До этого случая ни одна живая душа не осмелилась бы даже прикоснуться к драгоценной шляпе Морриса. А она стащила шляпу с его лысой головы, постучала ею о спинку стула и как ни в чем не бывало снова водрузила Филду на голову."

"Затем извинилась и улыбнулась ему своей обезоруживающей улыбкой. Себ же, сидевший напротив, глазам своим не поверил, увидев, как этот на редкость своенравный и ворчливый человек расплылся в улыбке; более того, он с добродушным видом заявил, что не возражает, если Люси будет использовать его шляпу в качестве пепельницы всякий раз, когда ей заблагорассудится.

«Такие женщины, как Люси, встречаются не каждый день», — с нежностью думал Себастьян. Она действительно представляла собой нечто особенное.