Охота на мстителя, или Дамы укрощают кавалеров

Я Ворону позвоню, скажу, что чувствую себя плохо, попрошу пару дней отгулов. Вместе двинем.

– Это лишнее.

– Нет, Жека, не лишнее, – отрезал Леон, – всегда лучше подстраховаться. Короче, без меня не уезжай.

Хохол ничего не успел сказать – разговор прервался. Он повертел трубку в руках и подумал, что, возможно, это к лучшему. Не помешает страховка на всякий случай, а Леон в этом смысле самый надежный человек. Глянув на часы, Женька понял, что можно уже и на пробежку. Все равно спать не получится, так хоть голову проветрить, пока на город не опустилась эта ужасная жара.

Стараясь не шуметь, он натянул спортивный костюм и кроссовки, сунул в карман телефон, несколько скомканных купюр и вышел из квартиры. Тихое утро, поющие птицы и относительно свежий воздух, еще без запаха выхлопных газов и раскаленного асфальта, настроили на вполне мирный лад. Хохол набросил капюшон толстовки на голову, сделал пару резких взмахов руками и побежал по направлению к набережной. Одолев два квартала, он свернул на широкую лестницу, позволявшую спуститься на асфальтированную дорожку вдоль берега реки.

Оказалось, здесь есть еще любители утреннего оздоравливающего марафона. Навстречу попалась сперва девушка в сопровождении поджарой овчарки, потом двое парней, за ними супружеская пара в одинаковых костюмах и пожилой мужчина в коротких шортах и яркой майке. «Ты гляди, докатилась мода на здоровый образ жизни», – хмыкнул Женька про себя. Он сам приобрел эту привычку много лет назад, когда пришел работать к Сереге Строгачу и сдружился там с Брюсом, невысоким худощавым корейцем. Тот выполнял при Строгаче функцию инструктора по единоборствам, потому и получил прозвище в честь голливудского актера. Брюс обучал охранников мудреным приемам, и только Хохол игнорировал эти занятия, однажды доказав Брюсу, что его умения владеть финкой вполне достаточно, чтобы опередить любое движение. Они подружились, насколько это было возможно в тех условиях, и Хохол приобрел полезную привычку поддерживать форму благодаря долгим утренним пробежкам. Брюс погиб в одной из разборок – от пули не убережешься с помощью кунг-фу или дзюдо. А привычка бегать осталась у Хохла на всю жизнь.

Почувствовав в теле приятную бодрость, он замедлил бег и постепенно перешел на быстрый шаг, только на лестнице резко ускорился и забежал наверх довольно споро. Уже появились первые машины – кто-то спешил по делам в такую рань, собачники вывели питомцев на утренний моцион, словом, город потихоньку просыпался и входил в привычный ритм. Взгляд Хохла упал на павильон с надписью «Цветы», и он повернул к входу. Внутри было прохладно, девушка-продавец куталась в теплую стеганую жилетку и разгадывала кроссворд в газете.