Охота на царя

Обязанности ответственные и рискованные, как раз по вашему характеру.

– Вынужден отказаться, ваше превосходительство. Мое желание – остаться в Нижнем Новгороде и служить под началом Павла Афанасьевича Благово.

Трое чиновников переглянулись. Косаговский холодно осведомился:"

"– Вы знаете, сколько достойных полицейских чинов мечтает получить то предложение, от которого вы отказываетесь? Поясните ваше решение.

– Я хочу стать настоящим сыскным специалистом, к чему имею сильное стремление и в чем вижу, если угодно, свое предназначение. Лучшего учителя в месте моей настоящей службы, чем Павел Афанасьевич, мне не найти; уезжать из города, где родился и вырос, я не предполагаю. А в отряде мне некуда расти и невозможно развивать именно сыскные навыки... Прошу ваше превосходительство с пониманием отнестись к моим словам.

Косаговский покосился на Путилина, тот кивнул головой. Директор нажал кнопку звонка на столе, тут же вошел секретарь.

– Меня нет ни для кого, – со значением указал тайный советник.

Секретарь поклонился и вышел так же молча, как и вошел.

Косаговский кивнул на стул:

– Садитесь, Алексей Николаевич, у нас будет длинный разговор.

Лыков почтительно сел. Путилин от окна и Мукосеев от стола придвинулись к нему, будто окружали с флангов. Директор департамента поднял глаза на Алексея, и тот увидел перед собой пожилого, усталого и очень угнетенного чем-то человека.

– Государь в опасности.

Лыков выпрямил спину, кулаки его самопроизвольно сжались, он слушал с напряженным вниманием.

– Двадцать шестого августа прошлого года Исполнительный комитет террористической партии «Народная воля» вынес Его Величеству смертный приговор. С тех пор на него идет настоящая охота. Прочие, ранее бывшие покушения – Каракозова, Соловьева – были делом одиночек, теперь за это взялась целая организация. И организация могущественная, которая постоянно переигрывает службы, отвечающие за безопасность государя. Пока его спасает Божье провидение, но это не может длиться вечно. Беда уже стоит на пороге!

Косаговский опустил голову, борясь с волнением, помолчал, потом продолжил уже более спокойно:

– Осенью семьдесят девятого Исполнительный комитет послал сразу три группы на подрыв царского поезда при его возвращении из Крыма. Первая группа совершила подкоп под Александровском Лозово-Севастопольской железной дороги, заложила туда мину, и только неправильное соединение неопытным террористом электродов помогло избежать трагедии.

Вторая группа провела своего агента путевым обходчиком на Юго-Западную дорогу и также сделала подкоп на одиннадцатой версте от Одессы. Поезд с государем проследовал по другой дороге...

Третья группа подготовила взрыв под самой Москвой, и он-то и удался 19 ноября.