Лютая охота

Как пожелаете. Когда все закончите, можете идти спать. Спокойной ночи, Кьевер.

– Спокойной ночи, генерал. Я передам Мари, что вы остались довольны.

Мари была женой Кьевера, а он был и мажордомом, и шофером, и посыльным у генерала. Он забрал со стола фаянсовую тарелку, фужер и приборы.

Оставшись один в просторной тихой столовой, высокий человек, казалось, ушел в себя, целиком погрузившись в свои мысли. В свои шестьдесят три года отставной генерал Тибо Доннадье де Риб понимал, что для него, более сорока лет защищавшего интересы Франции на трех континентах, эта битва будет последней. Он родился в старинной дворянской семье, владевшей землями между Руэргом и Жеводаном, и был старшим из восьми детей. Учился в Средней школе для сыновей офицеров, потом прошел военную школу в Сен-Сире. Поначалу он выбрал пехоту, затем два года прослужил командиром подразделения легких танков, затем во Втором полку парашютистов Иностранного легиона в Кальви. Он был среди тех, кто десантировался в Кольвези. В следующие два десятилетия он побывал во всех горячих точках: в Ливане в 1982 году, в Центрально-Африканской Республике в 1983-м, в 1984-м в Республике Чад участвовал в операции «Манта».

С 1989-го по 1991-й он получил назначение в штаб Второго корпуса французской армии в Германии, в Баден-Бадене, затем в 1994-м его перевели в бывшую Югославию.

Он был командором ордена Почетного легиона и ордена «За заслуги», обладателем Креста за воинскую доблесть, бронзовой медали «За защиту нации», медали Национальной разведки и Креста за участие в военных действиях. Кроме того, кавалером египетского ордена Нила, командором Национального ордена Республики Кот-д’Ивуар, Большого креста за заслуги перед орденом Гроба Господня в Иерусалиме, командором Национального ордена Сенегальского Льва, командором бельгийского ордена Леопольда, командором испанского ордена Изабеллы Католической, командором ордена Британской империи и обладателем множества других наград, которые пылились в глубине сейфа.

Он отнюдь не был единственным из французских офицеров высокого ранга, кого почитали на чужбине, как у себя на родине, а особенно на Африканском континенте: в течение десятилетий Франция создавала и разрушала режимы в тех странах, которые считала своим заповедником. Она не заботилась о том, что думают об этом населяющие эти страны народы. Если бы ее «друзья», стоящие у власти, заботились о занятости, о воспитании и здоровье населения, а не обирали его так хищнически, как властные структуры соседних государств, результат не был бы таким печальным. Молодые африканцы не предпочли бы рисковать жизнью, чтобы добраться до Европы, а не маяться на континенте, где у них не было ни надежды, ни будущего.