Грозовая охота (СИ)

Я напряглась, прислушиваясь, ища внутри отголоски родных-по-крови. Хэсау покинули

первый круг и устроились в гостевом доме, за второй линией защиты. Запястья болели,

обожженные браслетами Арритидесов. Псаково наследие светлых опять проснулось.

Хоакин был прав. Частично. Я чувствовала родовую силу Хэсау, чувствовала родную кровь,

которая пела мне почти так же, как кровь Акса и дяди, но ... Мне не нужно это наследие. И я"

"сделаю все, чтобы Хэсау никогда не узнали о том, что их силу можно блокировать

артефактами Арритидесов.

Выражение лица Юниса было безмятежным. Он как будто спал. Глубокие морщины

сгладились, и он стал выглядеть спокойнее и моложе. Добровольная жертва. Именно на это

я сделала свою ставку. По крайней мере я была уверена в Юнисе, он приносил не только

клятву служения Блау, но и отдельную - мне. Не навреди. Храни. В жизни и смерти. Но кто

знал, что Блау взыщут так быстро?

У многих Алтари маленькие и действительно занимают комнату, наш алтарный зал был

сердцевиной плетений силы, сердцем Источника, но линии силы заключали все поместье в

правильный рунный круг. Весь третий уровень подземелий при необходимости становился

большим Алтарем, именно поэтому пыточные и тюрьма располагались на третьем. Чтобы

хоть как-то крохами силы подпитывать родовой источник случайными жертвами. Хоть как-

то.

Совсем другое дело вассалы и слуги, и те, кто принес Блау не одну клятву, те, кто

добровольно согласились отдать жизнь на служение Клану, те, кто поклялись даже в смерти

следовать пути. И это было самое слабое место в плане. Только добровольная жертва дает

достаточно силы, чтобы я могла противостоять троим Хэсау. Троим взрослым обученным и

тренированным Высшим, даже стоя на линиях силы родового источника.

Если бы Юнис и Юстас не приняли Клан всем сердцем, готовности умереть за Блау у них не

было, принеси они хоть десять клятв. Да, они бы умерли, сила не простила бы отказа от

клятвы крови, но это другое. Это готовность принести свою жизнь в жертву Клану, если это

потребуется.

Именно поэтому я чертила «освобождение». Я освобождала их от клятв, отпуская и давая

выбор. Жертва должна быть исключительно добровольной. И она таковой стала.

Они действительно доверились Блау, а мы не оправдали их доверия. Я не могу защитить тех,

кто служит на моей земле. Я даже кандалы не могу снять самостоятельно. Я с остервенением крутила артефактное железо, которое не поддавалось чарам, ломая ногти, но снять кандалы не могла. Их заковали, как предателей, а они принесли добровольную жертву. И у их госпожи нет даже

четырех империалов, чтобы достойно закрыть им глаза. Даже псаковых четырех

империалов у меня нет!

Исаковы кандалы!

Я с остервенением ударила кулаком в пол, и ещё, и ещё.

Исаковы империалы!

И ещё, и ещё.