Грозовая охота (СИ)

сложилась, осыпаясь вниз звездными

искорками. И даже в такой момент - это было красиво. Так волшебно, как звездопад днем.

- Давай, - Фейу была явно чужда любовь к далеким звездам, потому что она пихнула меня

в бок, показывая на парящий на высоте моего роста алый лист, - вместе. Зови его...

- Звать как собаку?

- Как лошадь, как скорпикса, как хоть кого, Блау, - Фейу почти шипела, - она не закончена,

рванет ещё раз, зови, дура...

- Кыс-кыс-кыс..„ - это первое, что пришло мне в голову.

- Ду-р-р-ра, - Фейу закатила глаза. - Властно. Мастер приказывает - творение повинуется,

ты не знаешь даже этого...

- Ты перечитала старых сказок, - шепнула в ответ я. - Это...

- Блау, - она сделала над собой огромное усилие и произнесла это очень ровно. - Если не

знаешь, просто слушай, что тебе говорят, - последнее слово она рявкнула мне в ухо. Я так

оглохну.

- Хорошо, не кричи больше...

Мы поднялись на коленки и поползли к этому псакову рисунку.

Демонов Закери Лидс. Демоновы дознаватели, они что не могли поставить гриф двойной

или тройной эс, вместо того, чтобы вводить людей в заблуждение. Локальный взрыв? Да

это же почти прорыв грани...

Рисунок идти в руки не хотел, видимо он был не в курсе, что творение обязано повиноваться

Мастеру, и снова начал подниматься ветер. Поэтому я плюнула на Фейу, подпрыгнула,

изловчившись, и ухватила его за край.

- Рви, рви немедленно, - торопливо командовала, держащаяся за мой рукав, Фейу.

Рисовая бумага поддалась сразу, одним движением мое творение превратилась в два

клочка, две не равные половины.

И все закончилось.

Ветер стих мгновенно, зимнее солнце ярко вспыхнуло в небе на Ареной, большая проекция в

воздухе исчезла. Сцена вокруг моего купола была завалена обломками и предметами, я"

"даже видела чьи-то пирожки в промасленной бумаге, которые явно прилетели с трибун.

Солнце беспощадно высветило все последствия моего выступления. Судьи почти не

пострадали - оказывается, у судейских была дополнительная линия защиты, которая

переливалась радужным куполом, накрывая все их кресла. Леди Фелисити каким-то

образом потеряла трость, мистрис Айрель обмахивалась платочком, Наставник по алхимии

кастовал очищающее, а Таджо сверлил меня таким гневным взглядом, как-будто я только что перешла ему дорогу, или своровала что-то очень ценное из шаховских закромов.

Я даже вздрогнула, столько эмоций у Шаха на лице обычно не значило ничего хорошего,

если бы у меня был хвост, я бы сейчас трусливо поджала его между ног.

Садо выглядел хуже всех, то ли столичные защитные артефакты уступают нашим, то ли он

решил, что в провинции никогда не происходит ничего интересного, но факт был фактом.