Грозовая охота (СИ)

чарами? Вместо

кистей? Он что переносил по унции краски разных цветов на картину или как?

Пф-ф-ф. Как сложно. Исаковы живописцы.

- Мисси, наша девочка, - Нэнс ворвалась в ложу, воинственно колыхнув внушительным

бюстом, и сверкнула глазами на гвардейцев Хэсау так, как будто это они долго и

обстоятельно обижали ее мисси.

- Что же это деется? - Она схватилась за сердце, увидев мой вид. - Мисси, как же ж

можно..., - жалобно заголосила она, пристраивая рядом переносной сундук и корзинку. -

Быстро, - жесткие командные интонации, и послушные гвардейцы вместе с аллари,

строятся так, чтобы перекрыть вид в самом дальнем углу ложи.

Я с наслаждением отдалась умелым рукам аларийки, продолжая думать, под ее негромкое

воркование.

- Вот так, мисси, вот так. Сейчас поправим, - и она колдует над волосами, перебирая пряди.

- Чтобы больше никто не назвал нашу девочку военщиной...

- Нэнс..., - неужели и аллари уже в курсе? - Ты знаешь, что было на первой части?

Нэнс кивнула и подбоченилась, бросив прическу.

- Вот что я вам скажу, мисси, вы всегда правильная такая. Этикеты-шметикеты, надо было

эту красную за волосы и по Арене потаскать, чтобы не выпендривалась..., - она изобразила

карикатуру на изящный жест Марши. - И петуха этого, а то ишь, не женственно ему...

Петух - это Садо? Шикарно, значит все аллари в режиме реального времени уже получили

полную картину с места событий. Интересно, их псаков Совет ещё больше уверится, что

такая темная тварь, как я, не достойна коптить ясное небо их девственно-чистого Мира?

- Время, Нэнс.

Аларийка засуетилась, перебирая шпильки, и продолжила творить.

- Нэнс, - я спросила тихонько, - если бы тебе нужно было нарисовать картину радости, что ты бы изобразила?

Она пожала пухлыми плечами, продолжая заплетать волосы.

- Мисси, кто же знает эту радость. Радость своя завсегда у всех, а вот печаль - печаль она

общая. Смерть или голод, - она задумалась. - Я бы печаль изобразила...

- Но нужно радость, Нэнс.

- Ну, так это радость и есть. Вот печаль нарисую - смотрите какая, а радость в том, что

прошла стороной, миновала, не наша печаль значится, а нарисованная только. Чем не

радость?

Аларийская логика почти обеспечила мне ментальную перегрузку.

- А мне что рисовать?

- А вы будто умеете? - Нэнс необидно фыркнула. - Только круги свои и закорючки эти, на

полу комнаты, а как что путнее, так...

Круги и закорючки! Рунные круги!

- Нэнс, ты гений, - я попыталась закружить ее, но не смогла сдвинуть с места ни на волос.

- Просто гений! - Я чмокнула посмуглевшую аларийку в пухлую щеку.

- Мисси, - она замахала руками. - Сидите, значится. Дайте закончить.

И как мне это не пришло в голову раньше? Я искала метод, как нарисовать то, что рисуют

все, а нужно рисовать только то, что умею я. А потом - смотрите какое счастье, что печаль

прошла стороной.