Ох уж этот Мин Джин Хо – 3 (СИ)

Любому, кто займёт управляющую позицию, придётся разбираться с наследием, оставленным предыдущим главой.

— Мне кажется или от этого предложения вовсю отдаёт промышленным шпионажем?

Тот моментально изобразил смех,

— Ну что ты, Мин? Я же всего лишь скромный банковский клерк. Какой шпионаж? Просто любопытно, что именно они собираются делать дальше. Вот и всё.

На этом содержательная часть беседы, по большому счёту, закончилась. Я пообещал подумать над его словами и, при необходимости, позвонить. А Вэньмин повторил слова о возможной поддержке с его стороны и напомнил свою мысль о том, что необходимо воздерживаться от глобальных ударов по противнику.

Разговор шёл на путунхуа*, так что наш водитель ничего не понял. Да и Чжи разобрала лишь некоторые слова — в отличие от английского языка, с мандаринским девушка была знакома лишь поверхностно.

Потому, стоило мне положить трубку, как около уха зазвучал женский голос.

— Чего он хотел? О чём вы так долго говорили?

Я повернул голову. Выразительно глянул на её ногу, которая буквально вжималась в мою, и спутница, чуть смутившись, отодвинулась. А я посмотрел на экран навигационной системы, где отображалось оставшееся время до пункта назначения и озвучил ответ.

— Думаю, это лучше обсудить в торговом центре. Там же есть какие-то кафе?

Пару секунд посверлив меня взглядом, Чжи возмущённо вздохнула.

— Я, по-твоему, куда еду? В приют для бездомных? У них там десяток отличных ресторанов. Место найдётся.

Прикинув, сколько времени займёт обед, я подал новую идею.

— Или просто поговорим на ходу. Нам ещё нужно успеть в офис.

Девушка недовольно поджала губы и, промолчав, отвернулась, наблюдая за улицей. Я же ещё раз прокрутил в голове разговор с Вэньмин Таном. Его опасения по поводу возможного раскрытия сделки между председателем Чен Групп и Банком Шанхая, были понятны. Но, помимо этого, между слов сквозили намёки на внимание со стороны государственных структур. Из того разряда, что в одних странах относят к правоохранительным, а в других — к силовым. Смотря какие задачи они выполняют. В случае с Кореей, ситуация была двойственная. Общественное мнение на результаты работы людей в мундирах и костюмах влияло сильно, а порой вовсе критично. Да и карательные функции они в чистом виде не исполняли. Все дела против политиков всегда основывались на вполне реальных нарушениях закона. Тем не менее, каждый чеболь располагал своей группой влияния, которая запросто могла нарушить закон, действуя в его интересах.

Ситуация вокруг Чен Фармасьютикал должна была привлечь внимание практически всей корейской элиты. Сложно пропустить такое мимо ушей, когда дело освещается абсолютно во всех новостях. Но я предполагал, что целенаправленно изучать дело никто не станет.