Огуречный бизнес попаданки (СИ)

— Полагаю, меня хотели убедить, что речь идет именно об отравлении, и поскольку было заранее известно, что новое, только-только доставленное во дворец лакомство буду есть только я, отвар лиазеи был добавлен именно в огурцы.

Мое сердце снова забилось чаще обычного. Всё это отнюдь не походило на невинную шалость.

— Кто-то хотел очернить в ваших глазах меня и мою супругу?

— Нет, не тебя, — возразил он, — только твою супругу. Вот только он не учел того, что отвар этой травы имеет очень маленький срок действия — всего несколько часов. А потом он теряет свою силу. И если бы лиазея была добавлена в бочонок еще в Клермоне, то за время пути до столицы она бы стала просто бесполезной.

— Значит, ее добавили уже в Валье-де-Браво! Но зачем кому-то втягивать в это сою жену?

— Подумай сам, мой мальчик! — сказал король и потянулся за спелым персиком. — Иногда люди, которых ты привык считать безобидными, могут оказаться весьма коварными.

— Но как злоумышленник смог проникнуть на вашу кухню и добавить что-то в еду? Я полагал, что это невозможно, и все блюда, которые вам подают, изначально пробует кто-то еще.

— Обычно так оно и происходит, — подтвердил Дамиан. — Но ты же знаешь, как часто люди пренебрегают своими обязанностями. К тому же тот человек, о котором мы говорим, не вызвал ни у кого ни малейших подозрений. Он, а вернее — она, прошла к главному королевскому повару, который долгое время служил в доме ее отца, дабы забрать пирожные, которые тот по ее просьбе испек на именины ее младшей сестры.

— Она??? — ахнул я."

"— Именно так, мой мальчик! — хихикнул король. — Ты уже начал понимать, о ком я говорю, правда? Когда ущемляются их интересы, женщины способны на многое. А ревнивые женщины способны почти на всё.

— Вы говорите о мадемуазель Эванс, не так ли? — уточнил я.

Его величество кивнул.

— Когда стало ясно, что лиазею могли добавить в огурцы только здесь, во дворце, дознаватели опросили всех работников кухни. Собственно, изначально подозревали именно их — поваров и поварят. Но когда всплыло имя твоей бывшей невесты, которая вдруг оказалась на кухне как раз в тот день, то приехали с вопросами и в дом маркиза Эванса. А мадемуазель Жасмин оказалась барышней впечатлительной, и когда ей пригрозили арестом, разрыдалась и призналась во всём. Когда мне стало лучше, я побеседовал с ней и сам — она со слезами уверяла меня, что не желала мне дурного. И что прежде, чем решиться на это, она опробовала действие лиазеи на себе самой. Впрочем, это ее ничуть не оправдывает, не так ли? Кажется, она была весьма расстроена тем, что ты так быстро нашел ей замену.

— Простите, ваше величество, что мои действия невольно стали причиной этого, — мне в самом деле было жаль, — но я и представить себе не мог, что Жасмин…

Король взмахом руки прервал меня.