Огромный бриллиант

На нашей первой встрече Офферману так явно не понравилось мое прошлое и репутация, — я показываю кавычки в воздухе, — и я подумал, что смог бы просто побыть недельку помолвленным, пока вы завершите сделку. Это не Шарлотта придумала. Идея была моей. Я думал, что совершаю верный шаг, который не даст моему прошлому испортить вашу сделку. Но вместо этого сам же все испортил.

— Спенсер, — начинает он дрожащими губами.

Я поднимаю руку и качаю головой.

— В тот раз за завтраком я должен был быть честным с мистером Офферманом. И должен был быть честным с тобой. Но я соврал. Перед началом мюзикла ты так хорошо отзывался о Шарлотте, что я почувствовал себя перед тобой лживым ничтожеством. Ты всегда учил меня другому, — я вздыхаю, готовясь сказать самую трудную часть. — Но в какой-то момент все перестало быть ложью. Потому что, несмотря на изначальное притворство, теперь это стало для меня настоящим. Я влюбился в нее.

Уголки его губ приподнимаются.

— Спенсер, — делает он очередную попытку, но я обхожу стол и продолжаю. Слова раскаяния льются из меня потоком.

— Но это не имеет значения, потому что ты слышал ее слова, — мой голос наполняется грустью, когда я вспоминаю ту ужасную фразу. — Она не разделяет моих чувств, вот и все. Очень сожалею, что втянул тебя в эту игру. Знаю, вряд ли мне удастся как-то помочь тебе, но я попытаюсь.

А затем погружаюсь в размышления о том, как я планирую действовать дальше, чтобы все исправить.

— Я знаю, что твое самое большое желание — это отойти от дел и проводить больше времени с мамой. Поэтому ты решил продать «Катарин». Я не прошу тебя передать его мне. Не прошу отдать мне свой бизнес. Но я предлагаю свою помощь. Готов управлять бизнесом для тебя. На безвозмездной основе, конечно, — говорю я, усмехаясь, потому что даже в такие моменты нельзя терять чувство юмора. Отец слушает, и его глаза начинают блестеть. — Я хорошо разбираюсь в делах. Возможно, я ужасен в отношениях, и мне явно невдомек, чего на самом деле хотят женщины. Я эгоист, и мое эго непомерного масштаба, но в бизнесе мне нет равных. И с удовольствием готов замещать тебя, пока ты насладишься свободным временем и подыщешь другого покупателя.

Я перевожу дыхание, и, хотя у меня никогда не было желания управлять магазином, а у отца и не возникало таких мыслей, это кажется мне хорошим предложением, достойным порядочного человека. Он должен понять, что я готов исправить ошибки.

Отец встает, обходит вокруг стола и скрещивает руки на груди. Останавливается и, раскачиваясь на пятках, буравит меня своими темными глазами.

Странно, он не выглядит разозленным.

— Ты прав, сын. Я не в восторге от твоей лжи и фиктивной помолвки.