Огромный бриллиант

— Главное требование к составу мармеладных мишек, — я присоединяюсь к ней на диване, повторяя то, что она говорит на протяжении многих лет — она не притронется к конфетам, приготовленным с желатином, потому что он производится из говядины, и если бы ей хотелось есть говядину в конфетах, то она ела бы конфеты из говядины, но ей это не надо. Потому что это просто отвратительно. Поэтому мясные конфеты — не вариант.

Я указываю на свой ноутбук.

— Какие планы? Канал Netflix? Hulu? Или смотрим «Касл»? Последнее шоу Феррелла? Романтическая комедия? Шпионский фильм? Спортивный канал, чтобы проверить бейсбольную статистику?

Я точно знаю, о какой из них она говорит, потому что почти каждый эпизод мы смотрели вместе. Я быстро нахожу его, мысленно благодаря себя за то, что не забыл закрыть вкладку с порно прошлой ночью.

Фидо забредает в комнату, смотрит на нас и мяукает. Уверен, что на кошачьем языке он доносит ей, чем я занимался, но, слава Богу, в корпорации Berlitz еще не создали переводчик для котов.

Мы располагаемся в отработанных за многие годы позах. Она на одном конце дивана, утонув в подушках. Я — на другом, а ноутбук, стоящий на журнальном столике, транслирует шоу на экран телевизора. Мы перерыли половину мешка с мишками, Шарлотта сортирует их по цветам. Я беру зеленого, чтобы побесить ее. Мы потягиваем напитки, и в какой-то момент шоу она кладет свои скрещенные ноги на мои бедра.

Это равносильно удару молнии, и я возвращаюсь обратно в прошлый вечер в ресторане, когда она касалась меня своей ногой. И тут же задумываюсь, нет ли у меня фут фетиша. Никогда не думал об этом раньше, но мой пристальный взгляд сосредоточен на ее ногах и ногтях, покрытых розово-конфетным лаком … и я не могу перестать глазеть, хотя осознаю, что пропустил каждое слово Касла, объясняющего Беккет свое предположение о мотиве убийства в этом эпизоде.

Я пытаюсь сосредоточить внимание на экране, но мое влечение к ней переходит на новый уровень, словно в организме произошел выброс кофеина, и теперь все мои чувства к Шарлотте обострились. Она ложится на подушку, а я украдкой смотрю и размышляю, понравилось бы ей целоваться в этом уголке? Она отводит прядь волос от своего лица, и мне не терпится узнать, как сильно ей понравится — если вообще понравится — когда я сгребу эти локоны в кулак и потяну. Касл и Беккет уже близки к поимке убийцы, но в этот момент Шарлотта берет в рот красного мишку, и меня распирает от желания почувствовать вишневый вкус на ее губах.

Она тыкает меня в живот большим пальцем ноги, и на секунду я напрягаюсь, размышляя, догадается ли она, что мои мозги не там, где должны быть. Но ее взгляд не отрывается от экрана, следя за нашими бесстрашными героями.

Не понимаю — я был уверен, что к этому моменту мы уже будем голыми.