Аптекарский огород попаданки

Мои слова вырвались гороховыми зернышками и ударились о Ставрогина, тут же отскочив и не причинив ему ни малейшего дискомфорта. Мы уже добрались до ворот Аптекарского огорода. Арсений наконец высвободил мой локоть. Я отпрянула. Он не сделал попытки меня остановить. Лишь стоял и любовался смятением и ужасом в моих глазах.

— Хорошенько подумайте, Александра Ивановна, — повторил помещик. — Времени у вас до вечера.

Глава 61.

До вечера… А точнее — до девяти часов. Это время назвал Ставрогин перед тем, как скрыться с моих глаз. Он продиктовал и адресок — небезызвестные мне, причём в отрицательном контексте, нумера Каллистрата Андреевича Минина.

Значит, так и нашёл мои следы негодяй-помещик. Значит, такую паутину он и успел наплести за прошедшие два месяца. Я-то успела настолько расслабиться и так позабыться в своей новой реальности, что отринула совершенно и тяготы князя Демидова, и его уговор с Арсением. Думала, всё это мелочи, шутки, пустяки, о которых и беспокоиться не стоит. Кому я сдалась? Жила себе, никакого не трогала, уже вдохнула полной грудью первые настоящие мечты о светлом будущем — и на тебе!

Всё пошло прахом! И виноват в этом не кто-нибудь, а я, я…

Виниться и бить себя по голове было совершенно без толку. Нужно решаться… На что?! На свадьбу с мерзейшим из представителей мужского пола?! Да лучше в речке утопиться! Благо, Москва-река тут рукой подать. Но ведь у Ставрогина находилась в пленницах Груня…

Что он мог с ней сделать?..

О, если судить по тем рассказам, что доносились до меня (наверняка смягчённым и крайне отретушированным рассказам), Арсению ничего не стоило избить женщину до полусмерти, а то и другого рода насилие совершить. И ничего, ничего, решительно ничего бы ему за это не было!

По одному из слухов, подобное случилось с какой-то несчастной крестьянкой. Она работала на кирпичном заводе. Ставрогин запер её на складе, и вышла она оттуда ни жива ни мертва. А месяце позже выяснилось, что девушка беременна. Видимо, она решила, что от позора спасёт её лишь смерть, и свела счёты с жизнью в ближайшем лесу. А помещик, как был, так и остался будто бы непричастен. Наверняка даже не поинтересовался судьбой поруганной им женщины. И я ни капли не сомневалась, что всё случилось именно так, а то и куда трагичнее…

Я не могла допустить, чтобы Груня пострадала. Не простила себя за такое, ни за что. Эта вина легла бы мне на сердце до конца моих дней, и прощения я бы не вымолила ни у себя, ни у бога, ни у Грунечки. Она же ребёнок совсем. Пусть и возраста совершеннолетнего, но душой — дитя!

Как же так опрометчиво отпустила её?.. И сама загулялась, позабыла обо всём на свете…

Битый час я наматывала круги по флигелю. Время неуклонно приближалось к означенному часу.

Куда мне идти? Куда податься? У кого помощи просить?.