Дареная истинная. Хозяйка лавки «С огоньком»

Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу…

— Ты хотела сказать западных? — переспрашивает Вард.

А, нет… Штирлиц провалился.

— Нет-нет, она хотела нам рассказать кое-что гораздо более интересное, — говорит Рина и с хитрой улыбкой уходит.

— О чем она? — Вард кладет руку мне на щеку, ласково гладит и убирает прядь мне за ухо, внимательно вглядываясь в мои глаза.

— О том, что я хотела давно тебе рассказать, но боялась, — пожимаю плечами я. — Но похоже, конспиратор из меня никакой.

Вард, конечно, обнимает меня, прижимает к себе, но я чувствую его внутреннее напряжение. Не сказать, что я боюсь признаться… Скорее боюсь того, как отреагирует Вард. Но и скрывать уже смысла нет: наши отношения перешагнули за ту грань, где еще есть право на серьезные тайны.

Мы собираемся в столовой, и на мне сосредотачивается внимание нескольких пар глаз. Что мне остается? Отодвигаю немного тарелку и выдыхаю:

— В общем, я не Марика, — говорю я. — Точнее, Марика, но не совсем так, как вы думаете…

На рассказ я трачу едва ли пятнадцать минут, но все это время в столовой стоит тишина. Жаль… Борщ так совсем остынет."

"— То есть… ты не просто так знаешь, как готовить воск? — спрашивает Фридер.

Качаю головой и улыбаюсь. Они приняли все гораздо легче, как будто это для них в порядке вещей. Разве что только Вард смотрит на меня сосредоточенно, как будто пытается заглянуть ко мне в душу.

— Не воск, стеарин, — поправляю я. — Да, это просто часть моих профессиональных знаний. Я, когда первый раз делала, даже не была уверена, что все получится.

— А я все думал, с чего это выпускница приюта такая сообразительная и совсем не зашуганная? — смеется Фридер. — Удивительно. Первый раз о таком слышу.

Он переводит взгляд на Рину. Вард, к слову, тоже. Потому что именно она раскусила меня — значит, она-то точно не первый раз слышит.

Рина трет лоб и тяжело вздыхает.

— Я не первый, да, — произносит она, помешивая борщ ложкой. — Кстати, у твоего борща немного другой вкус. Чуть слаще. Но мне тоже нравится. Я так и не научилась…

— Рина, — это уже Вард.

Его настрой “расколоть” сестру чувствуется не то что в каждом движении, даже просто в дыхании. Он же чувствует, что она мнется и недоговаривает.

— Ладно, — сдается Рина. — Все равно Марику надо будет с ними знакомить.

— С ними? — одновременно восклицают Вард и Фридер.

В их голосах слышится искреннее удивление.

— С женами Нортора и Тардена, — говорит она. — Они тоже готовят вкусные борщи. И если вы их не пробовали — вы многое потеряли. Вот. И вообще! Приятного аппетита!

Становится понятно, что больше из Рины ничего не вытянуть, как минимум в силу ее упрямого характера.