Дареная истинная. Хозяйка лавки «С огоньком»

— Что же ты делаешь, Марика… — его руки ложатся на мои плечи и прижимают к обжигающе горячей груди, вырывая из моей груди рваный вздох. — Зачем ты играешь…

— Я не играю, — произношу я. — Я… правда делаю свечи. Вам же не нравятся те, что есть. Мне тоже.

Роувард выдыхает, и в этом выдохе я слышу улыбку.

— А суп был вкусный, — дракон склоняется к моему уху и почти задевает его своими губами, когда говорит.

— Борщ, — автоматически поправляю его я, кажется, просто пытаясь отвлечь себя этим от тех ощущений, что обрушились на меня.

Я чувствую каждый палец сквозь ткань платья, и от этих прикосновений по телу разливается предательское тепло.

— Борщ... — повторяет Роувард, и его голос, низкий, с хрипотцой, отзывается дрожью где-то внутри. — Такой же яркий и необычный, как ты сама.

Его дыхание щекочет мою шею, и я едва сдерживаю дрожь. Непрошеные мысли заполняют голову: каково было бы почувствовать не только дыхание, но и прикосновение его губ к этому чувствительному месту? От этой мысли щеки заливает румянцем.

Предпочитаю молчать, потому что знаю, что голос будет предательски дрожать. Прочищаю горло, пытаясь взять себя в руки. Реакцией на это становится его смех, глубокий, бархатистый, который окутывает меня как теплое одеяло. От этого звука что-то сжимается внутри, и дышать становится труднее.

— Мне нравится не только… борщ, — шепчет он, и его пальцы начинают медленное, мучительное путешествие вниз по моим рукам. Каждое прикосновение оставляет за собой обжигающий след, словно он чертит на моей коже огненные узоры.

Роувард резко разворачивает меня лицом к себе, опираясь руками на стол, на котором стояло ведро. Я оказываюсь в кольце его объятий. Поднимаю глаза и тут же жалею об этом, потому что взгляд затягивает, как омут. Замечаю детали, которых раньше не видела: как подрагивают его длинные ресницы, как пульсирует жилка на шее, как чуть приоткрыты его губы...

Он наклоняется ко мне, резко, не давая время отстраниться. Его лицо все ближе, я чувствую его дыхание на своих губах...

Упираюсь ладонями в его грудь, отстраняясь. Горячая кожа обжигает даже через эту мимолетную ласку, и я едва сдерживаю желание провести по ней пальцами, почувствовать, как перекатываются под ней сильные мышцы... Нет! Делаю шаг в сторону, разрывая объятия.

— Нет, — мой голос звучит хрипло, и я качаю головой, избегая его взгляда. Смотрю куда угодно: на стены, на пол, на огонь в очаге,но только не на дракона. — Не надо. Потом снова забудете, а я буду переживать.

— Что забуду? — в его голосе удивление.

Значит, действительно не помнит? Или просто очень хорошо притворяется?

— Неважно, — резко отворачиваюсь к ведру, руки дрожат, но я заставляю себя сосредоточиться на полоскании одежды. — Давайте лучше спасать ваш камзол.

Повисает тяжелая тишина.