Кубанский огонь

Между тостами успели выработать текст приветственных им телеграмм.

В заключение Бабыч жахнул «за здоровье смелых предпринимателей, положивших свою долю в вопрос развития Кубанской области», а заодно приплел и здоровье горных инженеров, включая Юшкина. После этого гости разошлись. Главные тузы уехали в ресторан, продолжить праздник в узком кругу.

Всего этого Лыков не видел, поскольку ушел вскоре после того, как первая нефть зажурчала в трубе. Перед этим он успел протолкаться к генерал-лейтенанту. Тот стоял у подножья бака и с наслаждением внимал булькающим звукам. Статский советник ухватил Бабыча за локоть и сказал вполголоса:

– Михаил Павлович, помогите мне поговорить с Гукасовым. К нему есть вопросы.

– Давайте уж не сейчас, – возмутился начальник области.

– Потом он уедет.

– Павел Осипович отъезжает в четверть десятого во Владикавказ. Будьте на вокзале к девяти, я предупрежу его о вашей просьбе.

– Спасибо.

Можно было уходить: на Посполитакинской скучал в одиночестве Азвестопуло. Статский советник медленно обошел нефтяной поселок, подивился огромным вложениям. Похоже, дело и впрямь выгодное, если такие расходы и окупаются… Может, приобрести ценные бумаги самых надежных обществ? Вот только как узнать, какие из них надежные? Сергей передал ему слова своего пятиюродного дяди про мыльный пузырь. Как раз и угодишь…

До отъезда Гукасова сыщики успели обсудить дальнейшие действия. Нужно как следует потрясти Шепеля. Ему устроили очную ставку с Цуком Кайтлесовым: не он ли вез диверсантов в Ширванскую? Туземец сказал, что тот кучер был и выше, и толще.

Шепель оказался разговорчивым. Ему не хотелось возвращаться на каторгу, и детина был не прочь посидеть в подследственной тюрьме, пока тянется дознание. Вот пусть и заработает право на отдых.

Еще решили подсадить к арестованным людям погибшего Семафора осведомителя. Без атамана эти ребята быстро раскиснут и начнут болтать. Лыкова особенно интересовал Рыжий, сообщник Вариводы. Вдруг он известен разбойникам? Между двумя бандами была связь – чем черт не шутит?

Ровно в девять вечера Алексей Николаевич вошел в вокзальный буфет первого класса. Магнат сидел в одиночестве и пил шампанское. Сыщик направился к нему, но уперся в огромного носатого армянина. Тот раскинул руки, словно хотел обнять незнакомца:

– Ты куда? Туда нельзя, большой человек тебя не звал.

Фамильярность охранника рассердила питерца. Он задрал голову (армянин был выше его на пять вершков) и сказал:

– Нос семерым рос, а одному достался.

– Чего?

– Того. Скажи хозяину: пришел Лыков."

"Вскоре они уже сидели друг напротив друга. Гукасов заговорил первый:

– У меня всего десять минут.

– Мы успеем. Кто такой Твиди?

– Георг Твиди? Крупный нефтяной делец.