Огонь и сера

"

"Они пошли по переулку между выбеленных стен домов, номера которых постепенно росли. Вскоре город закончился, и началась голая земля, разделенная каменными стенами на садики, где росли лимонные деревца и миниатюрные виноградники. В воздухе витал аромат цитрусовых. Тропинка сделала резкий поворот, и там, на краю скалы, – в совершенном одиночестве над бескрайней голубизной Средиземного моря – напарники увидели небольшой аккуратный домик, затененный побегами вечнозеленой бугенвиллеи.

Скользящим шагом Пендергаст прошел вниз, к открытому дворику, и постучал в дверь.

Ему не ответили.

– C'e nessuno? – позвал фэбээровец. – Есть тут кто-нибудь?

Ветер вздохнул в кустах розмарина, примешав к его благоуханию аромат моря.

Д'Агоста огляделся.

– Смотрите, – кивнул он в сторону сада с террасой. – Там кто-то копает.

За виноградником окапывала грядки маленькая фигурка в поношенной соломенной шляпе, старых парусиновых штанах и грубой рубахе, расстегнутой до середины. Заметив посетителей, человек выпрямился.

– Я бы уточнил: там копает женщина. – Пендергаст энергично зашагал в сторону хозяйки. Та ждала, опершись на черенок лопаты и глядя, как незваные гости аккуратно перешагивают через комья вскопанной земли.

Пендергаст с обычным полупоклоном предложил даме руку. Хозяйка приняла этот жест, но перед тем сняла шляпу, и на плечи ей упали густые темные блестящие волосы.

«Что-то Пендергаст напутал с возрастом», – отметил д'Агоста.

Женщина была прекрасна: высокого роста, стройная, со светящимися энергией ореховыми глазами. Она все еще не могла отдышаться, и ноздри ее раздувались.

Между тем Пендергаст, поклонившись, выпрямился да так и остался стоять, не отпуская руки хозяйки – молча, глядя ей прямо в глаза. То же самое происходило и с женщиной. В полной тишине д'Агоста подумал, не знаком ли напарник с их «намеченной жертвой», потому что со стороны все смотрелось именно так – словно они узнали друг друга.

– Я – Алоизий Пендергаст, – представился наконец фэбээровец.

– А я – Виола Маскелин, – ответила женщина с сильным и приятным английским акцентом.

Д'Агоста вдруг понял, что Пендергаст забыл представить его, что было совсем уж не в духе напарника.

– Я – сержант Винсент д'Агоста, полиция Саутгемптона.

Женщина посмотрела на него так, будто только что заметила, но когда она улыбнулась, улыбка ее лучилась теплом.

– Добро пожаловать на Капрайю, сержант.

Снова повисла неловкая пауза. С лица Пендергаста не сходило несвойственное ему удивление. Да что с ним такое?

– Ну что же, – улыбнулась леди Маскелин, – надо думать, вы пришли ко мне, мистер Пендергаст?

– Да, – поспешно ответил он. – Да, мы – к вам. По поводу...

Она оборвала фэбээровца, подняв палец.