Покорение Огня

От недавней радости и следа не осталось, хуже того – до сознания постепенно доходил весь масштаб бедствия, и настроение стремительно катилось в пропасть.

Черт, я едва не совершила массовое убийство. Я опасна! А предел моего терпения гораздо ближе, чем хочется. При этом в груди по-прежнему бушует пламя, а медитировать пока нельзя, ибо присмотреть за мной некому. Ну и что же делать? Чем заняться, чтобы… ну хотя бы успокоиться?"

"Мысль о том, чтобы засесть за учебники, вызвала прилив тошноты. Увы, на первом курсе студентов Академии Стихий пичкают исключительно теорией, и лично меня эта теория откровенно достала. А о том, чтобы погрузиться в изучение практики, и речи быть не могло – в данный момент я слишком взвинчена. Боюсь, наколдую чего-нибудь случайно, и привет.

Но, кроме магии, заняться вообще нечем. Тут же ни телевизора, ни компа, ни книг. Прогулка тоже, увы, не вариант – если сунусь в город, то Эмиль по возвращении непременно вызверится, а в прилегающем к академии парке можно запросто напороться на кого-нибудь, кто вызверит меня саму. К тому же на улице дождь! И холод наверняка собачий.

Подготовка к переезду также отпадает – все, что могла, уже упаковала, остался необходимый минимум.

И что делать? Чем отвлечься? Нет, не понимаю.

Однако выход из ситуации я все-таки нашла – поразмыслив, решила заняться зубрежкой символов вызова. Это не совсем теория, и сотворить что-нибудь непоправимое вряд ли получится. Плюс символы учить действительно нужно, ведь это фактически местный способ связи. А связь штука очень полезная, без нее никуда.

Так что я попросила Кузьму достать из кармана один из краденых учебников и решительно открыла тетрадь. Некоторые из символов уже знала – их рисовала по памяти, чтобы позже сверить с эталонной картинкой. Другие приходилось старательно изучать, после перерисовывать, обводить и… рисовать снова.

Удивительно, но занятие меня затянуло. Я очнулась лишь тогда, когда дошла до иероглифа «любовной направленности». Ну, того самого, который принято посылать возлюбленному или супругу.

Настроение по-прежнему держалось на минусовой отметке, но, взглянув на символ, я улыбнулась. Отлично понимала – данный иероглиф из числа тех, которые учат в последнюю очередь, потому что это чистой воды баловство, но… я его все-таки нарисовала. Потом во второй раз, и в третий, и в двадцатый. И чем дольше вглядывалась в магическую фигуру, тем шире становилась моя улыбка.

А позже представила, как среагирует Эмиль, если получит от меня подобную весточку, и рассмеялась. Не уверена, но подозреваю, что лорд шпион будет в шоке.