Огни Эйнара. Найденная (СИ)

Пока второй капитан контролировал погрузку пассажиров, я поговорила с эйнарцем-стюардом. Он оказался довольно молодым по виду мужчиной, приятным, улыбчивым. Я спросила про его опыт и в результате разговора приняла решение оставить его старшим стюардом. По крайней мере временно, все же паром ему не знаком, другие стюарды — тоже. Если людям будет некомфортно под его началом, я изменю свое решение.

Мы с майором Вальтом, как и положено, были на мостике на старте со станции.

— У нас десять пассажиров — отчитался он мне.

— Ну что, майор, в путь — мы запустили двигатели и начали свой обратный полет на Фирос.

Пару раз мы невольно касались друг друга в процессе настройки датчиков и работы с капитанской панелью, и я каждый раз вздрагивала. Мне казалось, что даже если этот, чтоб его, майор, чтоб его, Ноа, на меня подышит, по позвоночнику сразу поползут мурашки.

«Твою галактику, какого черта?» — я гасила в себе недовольство, смятение и щекочущие ощущения в животе и искоса смотрела на майора.

Только две мысли терзали мою голову — Что происходит? И как в такой обстановке я проведу еще 16 дней?

***"

"Межпланетарный пассажирский паром Эйнар-Фирос

Первые четыре дня полета до Грола оказались самыми легкими в плане маршрута. Никаких технических сложностей, задержек, бурь. Мы летели фактически пустыми, экипаж совместно с роботами максимально тщательно подготовил паром к приему пассажиров, так как на планете-курорте мы ожидали заполнить наш борт почти на 50 %.

В плане совместной работы с майором все было идеально. Он оказался технически подкованным, организованным, в меру строгим с помощниками и другими членами экипажа. На пересменках мне все четко передавалось, никаких жалоб на него я не слышала. Так что с точки зрения организации полета таким напарником я была очень довольна.

Что нельзя сказать о моем внутреннем состоянии. В присутствии Ноа, как я стала называть его мысленно, я чувствовала себя странно, тело начинало гореть от его внимательных взглядов, нарастало нездоровое сексуальное напряжение, которому я не находила адекватного объяснения. Оба раза, после того как он сменял меня на мостике, и мы передавали дела, я приходила в свою каюту и просто бежала под холодный душ. Вальт не позволял себе ничего лишнего, кроме, наверное, слишком прожигающих взглядов. Но мое состояние в присутствии этого мужчины меня откровенно беспокоило. Я начинала его хотеть. И как не убеждала свое тело «угомонись, приди в себя, у тебя два мужа, он твой коллега и, фактически, подчиненный, между вами устав, пусть вы и с разных планет», стоило взглядом поймать два фиолетовых омута, и они меня просто затягивали.

«Двенацать дней» — обреченно думала я — «еще двенадцать дней».