Огни Эйнара. Найденная (СИ)

Паром действительно был громадным, трехпалубным, мощным. Каюты членов старшего экипажа находились на третьей вип-палубе. Капитанская комната была просторной и уютной. Для Илая поставили отдельную детскую кровать. Нам предоставили андроида-помощника, который должен был сопровождать сына, когда я буду недоступна. Но оба стюарда третьей палубы клятвенно меня заверили, что возьмут шефство над моим ребенком на себя.

Я зашла на капитанский мостик, пока там никого не было. Огладила панели управления, поздоровалась с кораблем, как с живым организмом.

«Ну, в путь» — проговорила я мысленно.

Так начался мой первый рейс в качестве капитана пассажирского космического судна.

***"

"Все шестнадцать дней полета на Эйнар прошли в рабочем ритме. Так как мы с Петром работали посменно, пересекались только на пересменке с передачей командования. Я вела себя с бывшим мужем деланно-ровно, точно в рамках устава. При этом замечая все его ошибки, а их за эти дни набралось достаточно. Я знала слабые стороны бывшего мужа, к сожалению, десять дет летной практики не избавили его от самоуверенности в своей правоте и даже некой халатности.

Экипаж ко мне тянулся, я явно видела, как чаша весов в симпатиях коллег неумолимо склоняется на мою сторону. Я не повышала голос, никого не обвиняла, всегда была холодной и твердой, но в помощи не оказывала никогда.

Именно со мной советовались помощники капитана в случае возникновения сложностей, а помощник капитана Давыдова оставался после смен на мостике просто, чтобы понаблюдать за тем, как я работаю. Когда-нибудь он тоже станет капитаном, ему нужно было учиться. А Петр только дергал бедного парня и прикрикивал на него.

Удивительно, они летали с капитаном Давыдовым на этом пароме уже три года, но почему-то упорно тянулись ко мне. А я реагировала на это, как всегда, спокойно.

Я не делала этого специально, я не опускалась до какой-то мести бывшему мужу, это получалось как-то само собой. Но он бесился страшно. Только сделать ничего не мог, так, чинил мелкие неприятности, которые я решала не глядя. То что-то «забывал» сообщить, то вносил изменения в курс из-за астероидной бури и «случайно» не передавал мне эту информацию. Я все это тоже фиксировала, так как любые подобные действия несли в себе риски для полета. Не на ту ты напал, дорогой.

В самом начале полета правда один раз пришлось поставить Петра на место, тогда, когда мы, как полагается, вместе стартовали со станции. На мостике при помощниках и инженерах (все мужчины, я была единственной женщиной среди старших членов экипажа) этот недомужик сказал что-то про «баб которые должны ждать мужей дома, а не мотаться между планетами» ну и еще пару фраз из этого разряда. Это было сказано не по отношению ко мне, а вроде как кому-то еще.