Огни Юга

Потом появился Генри и схватил сестру в медвежьи объятия.

— Боже милосердный, ты выглядишь так аппетитно, так бы тебя и съел, — заявил он, щекоча ее поцелуями в шею. Саванна рассмеялась, а он, улыбнувшись ее матери, сказал: — Ты тоже выглядишь красавицей, Алекса. Настоящей красавицей. И платье у тебя такое сексуальное.

— Надеюсь, не слишком, — снова забеспокоилась Алекса.

— Ты звезда средств массовой информации из Нью-Йорка. Пусть завидуют, — заявил Генри, абсолютно неотразимый в своем смокинге. Правда, покрой его смокинга был более современным, чем у большинства присутствующих мужчин, и купил он его в Лос-Анджелесе.

Как и ожидалось, Луиза, слишком занятая, не заметила Алексы и Саванны. Поток гостей, прибывших на прием, казался нескончаемым. Но и поместье родителей Скарлетт поражало своими размерами. Когда гости проходили мимо, Генри представлял им Алексу как свою мачеху, что тронуло ее сердце. Когда он говорил это, люди смутно вспоминали давно забытую историю о прежнем браке его отца. Все сочли очень милым, что она и мальчики еще поддерживают дружеские отношения.

Алекса немного поболтала с Генри, потом подошла и снова ушла Саванна, затем появился Том и напомнил насчет танца. А вскоре вся семья ушла, чтобы сняться вместе с женихом и невестой, и Алекса побродила вокруг одна с бокалом шампанского в руке. В толпе она заметила несколько смутно знакомых лиц, но не встретила никого хорошо знакомого и вздохнула с облегчением.

Полчаса спустя вновь появился Генри и повел ее к столу. У дверей ей вручили карточку с номером стола.

— Ого! — воскликнул Генри, заглянув в ее карточку. — Кажется, тебя сослали в Сибирь. Что и следовало ожидать. Должно быть, в рассаживании гостей принимала участие моя мать.

Оба рассмеялись, потому что она тоже этого ожидала.

После ее слов они рассмеялись еще веселее.

— Вот именно. Она меня сегодня не замечает, потому что я отказался прийти с женщиной. Теперь могу сказать, что пришел с тобой.

Алекса была рада поболтать с ним. Он умел поддержать компанию и любезно сопроводил ее к столу. Потом ушел на свое место, которое находилось в противоположном углу шатра. Саванна тоже сидела отдельно. Но прежде чем уйти, Генри шутливо предупредил Алексу, что нынче вечером здесь ожидается множество знаменитостей: будут, вполне вероятно, президент, королева английская и, разумеется, папа римский. Генри остался таким же забавным шутником, как в детстве, и Алекса всегда любила его, впрочем, так же как и Трэвиса. Но Трэвис в отличие от младшего брата был гораздо более спокойным ребенком.

За столом Алексы сидели очень приятные люди — четыре пожилые супружеские пары, примерно ровесники ее матери, а рядом с ней католический священник, оказавшийся весьма интересным собеседником.