Огневица

Словно чуя что-то, люди обходили место, где сидела девушка. Бояна поначалу пыталась коснуться кого-нибудь, докричаться, но быстро убедилась, что все бесполезно.

Вечерело, и на чистом небосводе зажглись первые звезды. В лесу, темневшем за полем, заухало. Бояна вяло подумала, что если бы она и вправду была навьей, то пролетела бы по волости гогочущим вихрем, вышибла дверь, подхватила Беляну и унеслась с нею прочь – да хоть бы и в лес. Но она не могла сделать ничего, и возле нее не было никого, кто мог бы заступиться.

– Так-так-так, – прошамкал незнакомый голос. Бояна приоткрыла глаза, но не пошевелилась. – Кто это тут у нас? Живая душа?

Раздались тяжелые шаги, и пахнуло плесенью. Кто-то обошел ее вокруг, задевая полами вонючей хламиды, но Бояне было все равно.

– Болит у тебя славно, сочно болит, вкусно. Отдай мне свою боль, тебе она ни к чему.

Бояна приподняла голову, сквозь спутавшиеся волосы пытаясь разглядеть того, кто сумел ее увидеть. Неопрятная куча тряпья с горящими желтым светом глазами закрывала спиной полную луну, и черт незнакомца было не различить. Но слова что-то дернули в омертвевшей душе, и Бояна медленно села, упираясь руками в землю.

– Я тебе – боль. А ты мне взамен что? – прокаркала она: сорвала горло криком еще до заката.

Существо запрокинуло голову и засмеялось. От этого гулкого смеха, идущего будто из-под земли, кожа Бояны покрылась мурашками. Но ей было все равно, даже если навья заметит ее страх.

Отсмеявшись, существо нагнулось к ней и щелкнуло зубами.

– Ох и наглая ты, душа. Хочешь, чтобы болело? Я-то обойдусь, а вот ты скоро истаешь, тенью станешь, плоти лишишься. Кто-то славно над тобой подшутил. Вот бы встретить его…

– А если я отдам тебе боль, да еще и шутника предложу? – слова сорвались с губ так легко, что Бояна почти испугалась. Тварь помолчала, будто обдумывая ответ. Потом снова щелкнула зубами и покачала головой.

– Всю себя отдашь, тогда помогу.

Бояна, не раздумывая, протянула руку к существу. То схватило ее склизкой лапой, чиркнуло когтем поперек запястья и, наклонившись, быстро слизнуло выступившую кровь. Рану защипало, от нее пошел дым, но Бояна даже не поморщилась. В тело быстро возвращалась жизнь, словно ее манила появившаяся вера в то, что Бояне удастся спасти дочь.

– Что ж, пойдем, – существо сжало руку женщины и дернуло ее за собой. В глазах потемнело на миг, а очнулась Бояна уже внутри волости. Она то ли бежала, то ли летела за навьей, и мимо проносились сонные темные избы, сливаясь в единое пятно. Улучив мгновение, Бояна глянула под ноги и не увидела следов – ни своих, ни своего проводника.

Дверь распахнулась, выбитая их телами. Испуганно подскочили спящие на лавках люди. Любава сонно моргала, заслоняясь от света луны, словно он ее слепил.