Огнев на линии любви

 – Типа запчасть?

– Ага. Запчасть…

Отсмеявшись, прижимаюсь к нему, пытаясь хоть чуть-чуть запомнить это чувство – быть в его объятиях.

– Пессарий будут ставить, – вздыхаю. Я, естественно, пока ждала, все уже в интернете прочитала. Да и одна из девчонок подсказала, что к чему.

Антон смотрит на меня вопросительно. Точно так, как я три часа назад на Варвару Александровну.

– Это чтобы преждевременных родов не было, – объясняю. – Устанавливают такое кольцо…

Прищуриваюсь хитро.

– Кольцо?

– Ага, кольцо, Огнев! – хихикаю. – Хоть где-то у меня будет кольцо, – не сдерживаюсь, чтобы не подколоть.

Антон закатывает глаза и, опустив ладонь, щипает за ягодицу. Грубовато целует в губы и тихо мне обещает:

– Скоро будет у тебя кольцо, Фюрер. Настоящее. Не надо тебе никаких пессариев!..

Глава 44. Есения

Потолочный мигающий свет бьет в глаза и очень мешает, потому что приходится постоянно держать их закрытыми и при этом стараться не заснуть. Не прокараулить бы капельницу.

– Самый дорогой курорт Франции… На «Б» начинается, девочки.

Открываю глаза, пытаясь вспомнить. Получается это слабо. Мозги будто в киселе перемешали.

– Бо-ро-ди-но! – слышится дикий хохот из противоположного угла.

– Тамара, можно потише? – недовольно прошу, потирая затекшую руку.

– А шо? Они там с Наполеоном знатно отдохнули… С грязевыми ваннами.

– Биарриц, – тихо говорит Ника и меняет перчатки, кидая использованные к шприцам в железную чашу.

Я с интересом смотрю на медсестру."

"Загляденье. Молоденькая ладненькая брюнетка. Руки у нее золотые – легкие как пушинки. В вену, в отличие от сменщиц, сразу попадает, и не больно.

– Биарриц… С двумя «р»? Подходит… – сообщает Катька и с одобрением разглядывает стройную фигурку прямо перед собой. – А вы там были, Ника?

Девушка смущается и поправляет сережку. На вид карата два, не меньше. Но я в этом, если честно, плохо разбираюсь.

– Нет, что вы, – она краснеет. – Откуда? Просто… по телевизору сюжет видела.

Мы с Катькой многозначительно переглядываемся. Давно уже поняли, что медсестричка наша не из простых, хоть и работает здесь на общих условиях. И сережки у нее стоимостью с мою двухкомнатную квартиру. В интернете нашли такие же.

Молча смотрю в потолок и слушаю уже привычные всхлипы справа, от Женечки. Жалко ее становится, сил нет.

Душа болит.

– Успокойтесь, пожалуйста, – мягко просит Ника. Голос у нее завораживающий и сказочный. Ей бы курс доллара на радио озвучивать. – Врач ведь сказал: если будете беречь себя, ребеночка обязательно сохраните, но нужен позитивный настрой, а вы все время плачете.

– Это третий выкидыш подряд!..

Женечка снова ревет, и я вместе с ней. Не хочу, но такая сентиментальная стала.

– Ничего еще не случилось. Кровотечение остановили. Отдыхайте, пожалуйста.