Мужчина с огнестрелом

Что сложного то?

-      Предлагаешь слетать в ее мир и посмотреть? - не сразу сообразил я.

-      Не, ну это оставим на крайний случай. Касси там что-то говорила про древний носитель информации - намекнул ИД.

-      Точно, дневник! Я совсем про него забыл! - встрепенулся я.

-      Неее... на дневник не похоже, судя по логам, она в нем ничего не пишет и текст печатный. Мягкая книга. Название звучит как «Вилиссы», на языке призмы аналогов не нашёл... А вот если покопаться в сетях ее родного мира, так... оу.

-      Не нашел? - нахмурился я.

-      Нашел, просто содержание переваривал. Знаешь, Макс, тебе лучше самому это прочитать. Тут как минимум половина ответов на твои вопросы.

-      Мда? Выводи на экран. - решил последовать данному совету.

-      Хорошо, только подожди, сейчас верну твои сигареты... без них лучше не читать, - тяжело вздохнул Гамлет, - Органики порой такую хрень творят...

Гамлет был прав насчет сигарет. Заведение для благородных сироток? Если судить по этой книге, то мое Оружие жило на каторге, которой руководили неуравновешенные садисты, калечащие не только психику, но и тело детей. Причём остальные почему-то считали эту мерзость нормальной!

Если коротко, то настольной книгой Лилии оказалась художественная повесть о ее ровеснице, тоже этой вот «балерине», из очень похожего заведения, даже из той же страны, судя по названиям, именам и фамилиям. Причем, если вспомнить обмолвки моего огнестрела - она точно, как героиня книги, работала на износ и была лидером. “При - мой”, как это у них тут называется. И для этого страдала, как... нет, у нас даже самый тупой Мастер не будет дрессировать Оружие на такой износ. За десять-двадцать лет буквально уничтожить здоровый организм без возможности восстановления...

То-то она даже не подумала жаловаться, когда начались практические занятия, чего я подспудно ожидал. Ведь каждый раз с утра в академию уходила здоровая девушка, а возвращался какой-то замученный призрак с черными кругами под глазами и безумно голодным взглядом.

Конечно, после такого маразма, в котором она раньше существовала, и ноги покалечены, и связки, и что только можно. И характер... ржа, а какой будет характер у существа, выдержавшего жесточайший прессинг и сумевшего не превратиться в покорный овощ?

В этой книжке написано, как педагоги чуть ли не нарочно мордуют детей, и тех, кто сломался, сдался - выкидывают безжалостно. Звери... нет, хуже зверей. Животные такой бессмыслицей не занимаются. С таким воспитанием ещё чудо, что она не окрысилась на весь мир.

Получается, Лилия всю жизнь прожила в жестко ограниченной клетке. Для нее любой мир за решеткой - чужой, незнакомый. В нем надо выживать, приспосабливаться и гнуть его под себя, где только получится.