Мужчина с огнестрелом

А самое неприятное, что некоторые дикарята тоже зыркали осуждающе, во всяком случае один - тот, который крокодил.

Потом я поймала между лопаток еще один обжигающий взгляд, в котором чувствовалась уже чуть ли не настоящая ненависть. Украдкой оглянувшись в ту сторону, я про себя хмыкнула. Та самая девчонка, что на Макса слюни пускала. Сидит, что интересно, за столиком в элитной части зала, с двумя взрослыми парнями. И прямо сверлит меня пылающими очами!

-      Чем ты не угодила дочери клана Нордов? - запросто спросила меня дочка Виктора, назвавшаяся странным именем Ириска. Она вообще была такая... открытая, улыбчивая, без капли притворства или там недоверия к окружающим. И рядом с ней как-то поневоле выдыхалось, что ли? Наверное, поэтому я так же запросто и искренне ответила:

-      Она на моего Мастера глаз положила. И явно считает, что дикарка вроде меня не достойна быть его Оружием.

Ириска фыркнула, выражая свое отношение к таким закидонам, а ее родители каким-то одинаково-осуждающим жестом покачали головами.

-      С одной стороны, их тоже можно понять, ведь Мастеров мало, и стать постоянным Оружием так сложно, - с некоторым сомнением в голосе произнесла Марина, а потом вдруг упрямо мотнула коротко стриженной головой, совсем как ее дочь: - А с другой, безобразие это! Дети ни в чем не виноваты, и вот так открыто злобствовать

-      последнее дело.

-      Остынь, милая. Вспомни, как ты сама негодовала, когда на бюджетное место в институте вместо твоей подруги-отличницы приняли парня из «малой народности Севера», потому что по льготам положено, - Виктор легонько погладил жену по руке, а мне подмигнул. - При том что ему ваша биология и океанография была ни в одном месте не нужна, и этот товарищ откровенно прогуливал. Здесь... немного похожая ситуация. Ребятам, потратившим кучу сил, чтобы завоевать право стать напарником Мастера, очень обидно. И все же ты права. Тут не на детей надо злиться. Но попробуй теперь объясни это другим... детям.

-      По заднице этим другим детям, - тихо пробурчала себе под нос женщина. - Угу. Столетние крошки, годы прожили, а ума не нажили. Те, кто травит больных детей, над которыми и так дикари поиздевались, и недостойны быть парой Мастеру!

Последнюю фразу в запальчивости она произнесла громче других, и ее услышали за соседними столиками. И мерное гудение разговоров на секунду прекратилось. Я заметила, как некоторые из обедающих действительно пристыженно опустили глаза, а кто-то, наоборот, возмутился. Но возразить вслух не посмел никто. Может быть потому, что самые старшие Мастера и, как я поняла, преподаватели, за своими столами тоже услышали и явно одобрительно покивали. Не все, но большинство, что очень радует, кстати. Всё-таки адекватных людей тут больше, чем завистливых психов...