Огненный тыл

Укрепрайон был недостроенным, за перелеском валялась куча, так и не использованных, брёвен, дальше был разреженные лесок, за ним открытая местность, а в северном направлении, куда спешили люди, убегала покатая лощина, в этот час она смотрелась весьма привлекательно. До леса на северной стороне поэтому логу можно было добежать за несколько минут – команды последовали незамедлительно.

Разведчики скатились в овраг, за ними Лида, принимая уставших, теряющих чувства, детей. Они напоминали куклы – ко всему безучастные, способные передвигаться только по окрику.

– Бегом! – скомандовал Глеб.

И они засеменили в указанном направлении, растянувшись в неровную цепь. Конторович спускался последним, когда за его спиной послышался треск, объявились мотоциклисты – нашли где-то, твари, объездную дорогу.

– к бою! – скомандовал Шубин. – Будем держаться, пока не уйдут дети.

– Товарищ лейтенант, не надо. Бегите! – вдруг замахал руками Конторович. – Они пока за лесом, их не видно. Дорога тянется вдоль опушки. Я пулей в западный лес – вон туда, буду на себя отвлекать они этот лог не заметят, решат, что мы все там, а я ваш отход прикрываю. Думайте быстрее, товарищ лейтенант, – Конторович побледнел, но держался хорошо, даже криво улыбался. – Не волнуйтесь – я не смертник, жизнь люблю. Повожу их маленько, собью со следа, а потом догоню вас.

– Действуй, Михаил! – выдохнул Глеб. – Только осторожно давай, без геройства.

Жизнь детей действительно была важнее. Конторович побежал на запад – за деревья, остатки разведгруппы припустились по врагу догонять своих подопечных. Дети спотыкались, тормозила зарёванная Вероника – ссадинам на коленках не было числа, рвались натянутые нервы, бесил мотоциклетный треск, пройденное расстояние не было тому помехой. И вдруг шумы стали удаляться куда-то в сторону, застучал автомат – советский Шпагина, взорвалась граната, за ней ещё одна, снова надрывался ППШ, закричали гитлеровцы, захваченные врасплох.

«Только бы на рожон не полез, – твердил себе Глеб. – Нечего героя изображать, Конторович. Просто беги вприпрыжку».

Какое то время слышались выстрелы, потом они стихли и разведчикам снова пришлось вживаться в роль нянек, даже выносливого Павлика мотало из стороны в сторону. Над головами мелькали кроны деревьев, дети падали без сил, за спиной было тихо, в тридцати метрах голубела пушка, справа – на окраине леса возвышался пригорок. В чаще, насколько хватало глаз, не было ни троп, ни полян."

"– Лида, отведите детей туда, – Шубин указал пальцем. – Проверьте – все ли на месте. Несколько минут на отдых. По первой же команде бегите со всех ног дальше.

– Вы куда? – испугалась воспитательница.

– Здесь мы будем, никуда не денемся.