Огненный колосс

И с ним, Шеленгером, этот безумец не будет церемониться!

— Подожди, Мурза! — изменившимся голосом заговорил банкир. — Прошу, не кипятись, выслушай меня!

Палач разрешил:

— Говори! Только кратко и исключительно по теме!

— Да, да, конечно!.. Ты должен понимать, Мурза, что всей суммы твоей законной, и я это признаю, доли при всем своем желании я немедленно выплатить тебе не смогу. Давай договоримся так! Я сейчас, при тебе, звоню Ахмеду, своему человеку в Анкаре. Он — мое доверенное лицо и осуществляет все нелегальные финансовые операции за рубежом! Отдам ему команду, и он завтра же перекинет на твой счет в Стамбуле пять миллионов долларов! Подожди, Мурза, не перебивай. Затем, по истечении, скажем, двух месяцев, ты получишь еще такую же сумму. Таким образом, постепенно и безопасно для нас обоих я рассчитаюсь с тобой!

Палач задумался."

"Вариант был предложен банкиром не просто так и не из-за каких-то финансовых заморочек. Шеленгер спокойно мог оплатить Мурзе всю сумму. Банкир пытается обезопасить себя от немедленной расправы. Какой смысл убивать Шеленгера, от которого можно будет еще получить кучу денег? При этом он раскрывает своего человека в Турции, понимая, что через него Палач в любое время сможет выйти на банкира, и тот в свою очередь будет иметь возможность найти Баркаева. Но Палач, получив первый, а может, и второй вклад, действовать против него не будет. А вот «уважаемый» Марк Рудольфович обязательно подготовит и осуществит против Баркаева акцию ликвидации. У него интерес в этой игре совсем иной, и расклад, соответственно, тоже! Что ж, господин Шеленгер, сыграем по твоим правилам. Одного в этой игре не учитывает банкир. Простой поговорки — жадность фраера сгубила, а Палач далеко не фраер, он не погонится за журавлем в небе, а в итоге за собственной смертью. Он удовлетворится синицей в руке, которую ему любезно и без подлянки передаст сам Шеленгер перед тем, как душа его отправится на встречу с теми, кого он своим решением приговорил к гибели.

Палач поднял свои глаза на банкира.

Тот тут же спросил его:

— Ну что, Мурза, ты принимаешь мое предложение? Лучшего варианта, увы, я в настоящее время придумать и, главное, осуществить просто не смогу! А моя смерть тебе вообще ничего не даст!

Палач сделал вид, что с большой неохотой, но все же вынужден согласиться с банкиром, впрочем, выставив свои условия, что, в принципе, дела не меняло.

— Ладно! Я пойду на твои условия, Шеленгер!

Банкир облегченно вздохнул. Но палач добавил:

— Только с некоторыми поправками и одним предупреждением.

Это было пустяком по сравнением с тем, что банкиру, похоже, все же удалось выторговать себе жизнь! Палач же сказал:

— Ты звонишь своему Ахмеду и приказываешь перевести на мой счет не пять, а десять миллионов баксов.