Огненный князь 4 (СИ)

— А ваша так любимая тьма? Что дает она? —от моего сарказма так и несло плохо скрываемой ненавистью к нему.

— Была такая пословица — не бойся мрачного темного мага, бойся улыбающегося. А если увидишь, что темный смеется — беги. Вы когда-нибудь читали про темных магов, имеющих чувство юмора?

— Темных магов не существует!

— Это в твоей голове мозгов не существует. Если про них не говорят, это не значит, что их нет. Любой вставший на темный путь становится темным магом. Кто тебя по-твоему пытался прирезать? Светлые?

— Просто маги-отморозки. Причем тут…"

"— Да притом, мой юный падаван. Ты можешь называть их убийцами, отморозками, тварями — сути это не изменит. Их душа черней Нави, они мыслят, исходя из собственной выгоды. Они прекрасны и совершенны.

— Звучит как бред обдолбавшегося козла, сожравшего в огороде вместо капусты коноплю.

— Над ассоциациями надо еще поработать, но суть ты уловил. Мы все немного того и поэтому не ведаем границ дозволенного. Но с вас надо снять еще десять стружек света, пока мы доберемся до вашей темной половины. Значит, стоит переходить ко второму этапу.

Пара секунд — и мы со стонами повалились на землю, разлетевшись под его ударами. На этот раз он бил намного сильней и едва не прибил нас окончательно.

Мы думали, что до этого был ад. Как же мы ошибались! Если до этого нас ломали физически и психически, то теперь нас стали просто убивать. Тренировки резко возросли как по сложности, так и по времени. Сон? Забудьте! Два-три часа в неделю хватит. Держать щит постоянно вошло в привычку.

Бесило то, что ты никогда не мог предсказать, что с тобой произойдет в следующую минуту. Вот ты спокойно сидишь в туалете, а вот ты со спущенными штанами отражаешь атаку непонятных существ, у которых полный резист к магии. А у тебя из оружия голые руки и рулон туалетной бумаги.

Была у нас за это время и парочка дуэлей. Тот японец так и не успокоился и продолжил гадить уже со стороны. Я мужественно терпел все его выходки, потому как сил разбираться не было. Но после того, как на меня в столовой «случайно» опрокинули чашку с супом, я встал, подхватил за шкирку упирающегося потомка самураев и потащил на арену. Швырнув его внутрь, я выпустил по нему очередь ледяных шаров, мгновенно превративших его в статую, а после разбил на мелкие осколки. Все это заняло не более десяти секунд. Тот даже щит не успел поставить. А после, отчаянно зевая и жуя на ходу, я отправился на лекции.

Перун что-то попробовал пробурчать по поводу честной драки по правилам, но, поймав мой взгляд, благоразумно замолчал.

Еще, помню, зацепили Марину. Троекурова, бывшая ее подружка, с чего-то вдруг решила, что может ей высказать все, что наболело.