Крылья огненных драконов

Оттуда доносился стук камней, которые заготавливали для завтрашнего дня – чтобы поставить укрепления у самого рва, оставалось сделать последний бросок.

Одна из трапеций выстрелила смоляной бомбой, яркое пламя, осветило стены уступа, однако рядом никого не оказалось. Наученные опытом прошлой ночи, когда при свете факелов гвардейцы подстрелили нескольких их товарищей, рабочие и носа не высовывали из укрепления.

Утро началось кровавой зарей – солнце с трудом пробивалось сквозь плотные облака. Но вот ветер унес их куда-то на юг, небо поголубело, густой липкий туман начал рассеиваться, затаившись лишь в крепостном рву.

Еще до рассвета строительные команды выдвинулись к уступам, сменив ночную охрану. Рабочие оставались под защитой каменных сооружений, затем по сигналу повыскакивали из укрытий и помчались туда, где предстояло соорудить последние уступы.

Торопливо захлопали трапеции, булыжники запрыгали по отсыревшей за ночь земле. Где-то вскрикнула первая жертва, ухнул от удара щит вахмистра. Пристрелявшись к новой дистанции, трапеции ударили смоляными бомбами – полыхнуло яркое пламя, по земле с криками покатились обреченные.

Де Гиссар уже почти привык к виду этих живых факелов, мечущихся в поисках несуществующего спасения, однако сегодня ему казалось, что они кричат как-то особенно пронзительно.

К полудню, как ни отбивались защитники замка, уступы прочно встали на позиции в сто ярдов. После того, как их стены были расширены, к ним потянулись команды гельфигов, которые с дистанции в сто ярдов уже могли обстреливать замок.

Перемещение стрелков было замечено, и по ним ударила дробленым камнем баллиста. Несколько гельфигов так и остались лежать на земле, а остальные, чудом избежав скачущих по земле булыжников, благополучно добрались до своих уступов.

Вскоре по дымным траекториям смоляных бомб гельфиги определили примерное расположение трапеций и начали стрелять в ответ. Черные стрелы стали перелетать через стену и падать на головы обслуги катапульт, ритм их работы сбился, строители получили долгожданную передышку.

– Ты молодец, – похвалил Мюрата де Гиссар, поскольку именно ему принадлежала идея начать обстрел скрытых за стеной метательных орудий.

– Спасибо, хозяин, но это старшина Сельмак сказал мне, что с сотни ярдов они могут испортить фон Марингеру жизнь.

– И они ее действительно испортили, – усмехнулся граф.

Однако радоваться наступившему затишью пришлось недолго, в промежутках между зубцами крепостных стен появились люди. Со склона холма, где стояли де Гиссар, Мюрат и остальные члены штаба, разглядеть подробности было трудно, однако солнечные блики на полированной броне говорили о том, что появившиеся люди в тяжелых латах.

– Ерунда, – уверенно заявил Мюрат.