Огненноволосая проблема генерала теней

Она рвала и метала, и в один момент Йорвен начал подозревать что-то неладное, потому что на Кирана началась охота.

Он не хотел верить в самое страшное, но время шло, а доказательства, которые постепенно собирались, указывали на то, что всему виной никто иная, как его супруга."

"Йорвен пытался поговорить с ней. Пытался вразумить, но все стало только хуже, потому что подрос Рид, и Нояра втянула его в свои убийственные сети. Они принялись вдвоем охотиться за Кираном.

Советник сходил с ума, разрываясь между племянником и собственным сыном, который из-за алчности матери ступил не на ту дорожку. Он срывал несколько нападений на Кира, путал карты своей супруге, которая потом злилась, словно сам дьявол.

Йорвену следовало бы рассказать все Кирану, но тогда Рид был бы казнен. Поэтому единственное, что оставалось, это мучиться и дальше, мешая Нояре отправить Кира на тот свет.

В какой-то степени советника можно назвать трусом, ведь он боялся. Боялся потерять одного из членов своей семьи, в которую по его мнению входил Киран, пусть молодой король и не знал об их родстве.

– Мой сынок… – Нояра Мэндус обливалась горькими слезами, размазывая их по щекам. – Мой сынок… – повторяла она снова и снова.

Ее тело дрожало, она то и дело стискивали пальцы в кулаки, сходя с ума от того, что увидела, когда спустилась в назначенный час в подземелье, проходя мимо двух похрапывающих стражей всемирно известного капитана Кайя Хаэра, которого она ненавидела всеми фибрами души.

– Тварь! – охваченная яростью, зашипела она. – Ведьма ответит! За все ответит!

– Ты никого больше не тронешь! – рыкнул Йорвен.

– И кто мне помешает? – истерично захохотала Нояра. – Ты?!

Супруга советника не могла избавиться от воспоминаний, не дающих покоя. Она снова и снова возвращалась к тому ужасу, где ее мальчик, ее родная душа, из уверенного в себе и неотразимого мужчины превратился в пускающего слюни душевнобольного.

Рид, всегда так трепетно обнимающий ее, без раздумий ставивший свою маму на первое место, теперь реагировал на нее, словно на чужую. Она звала его, пыталась прикоснуться, но Мэндус младший сидел в углу клетки, с заинтересованностью смотря в одну точку и никак не реагируя на мольбы своей матери обратить на нее внимание.

Женщину с каждой секундой все больше охватывала истерика. Она не понимала, что с ее сыном, пока стражи Рида, сидящие в других камерах, не рассказали ей о ведьме, которая колдовала прямо у них на глазах.

Стражники поведали убитой горем матери, что Арвена устроила самосуд, угрожая им при короле и Кайе расправой, и что именно она превратила Рида в… это.

Леди Мэндус задыхалась, она не верила, что все происходящее реально, но время шло, а ее сын так и продолжал оставаться ненормальным.